Онлайн книга «Развод. Закон бумеранга»
|
Пришлось растягивать на месяц мамину пенсию, что почти удалось. Ключевое слово — «почти»… Внезапно заболела мама. Слегла с высокой температурой и надсадным кашлем. Убедила меня, что простыла, пила какие-то таблетки… Но на третий день она потеряла сознание, и ее увезли на скорой. Диагностировали тяжелую пневмонию и поместили в палату реанимации. Три дня я сходила с ума от неизвестности и горя. Врачи не отходили от нее, она выжила, пришла в себя, но о выписке пока вопрос не стоял. Я молилась и благодарила бога, что сохранил маме жизнь. Остальное можно преодолеть… Но, как говорят, пришла беда — отворяй ворота. Только мама пошла на поправку, заболел ветрянкой Кирюша. Болезнь протекала тяжело, температура зашкаливала, сыпь по телу на глазах превращалась в гнойнички... А вчера слег Дениска. Только к жару и сыпи добавился «ветряночный» стоматит… …Я со стоном подняла голову, крепко растерла ладонями лицо. Мне нельзя спать, нельзя… Кажется, в комнате заплакал младшенький… Опрометью кинулась к детям. Нагнулась над коечкой. Нет, показалось. Спит сыночек, правда, дышит хрипло. Прилегла рядом. Меня сразу же утянуло в зыбкую трясину поверхностного сна. «Ничего, как-нибудь… — слабыми искорками пролетали в голове короткие мысли. — Все поправятся обязательно. Все будет хорошо. Я выдержу, не сдамся… Ни за что…» Глава 6 В реанимационном отделении висела беспокойная тишина. Медперсонал передвигался бесшумно, словно скользил. Только иногда раздавался мягкий скрип каталок с перевозимыми по коридору больными, и чуть слышное гудение каких-то приборов из открываемых в палаты дверей. Растерянная, я сидела на кушетке возле кабинета заведующего и ждала, когда меня вызовут для разговора. Вид у меня еще тот — одноразовая накидка, бахилы, маска. Волосы плотно убраны под медицинскую шапочку. Ничего не поделаешь, таковы порядки. В душе оседало тяжелое облако тревоги. Вчера позвонил лечащий врач и сказал, что маму выписывают. Но прежде, чем я увезу ее домой, со мной хотел бы поговорить заведующий отделением. Я не знала, что и думать. Неужели у мамы что-то такое, о чем лечащий врач не захотел сказать мне САМ? От дурных предположений повлажнели ладони, меня накрыло волной горячего озноба. Скорей бы уж вызвали, неизвестность хуже всего! Наконец, дверь кабинета распахнулась. Строгая медсестра пропустила меня внутрь, а сама вышла, плотно прикрыв дверь. За столом сидел худощавый седой мужчина в голубой медицинской пижаме со строгим взглядом темных глаз из-под нависших бровей. «Заведующий отделением», — догадалась я. — Присаживайтесь, — показал он подбородком на стул напротив. На ватных ногах я подошла к столу. Врач склонился над бумагами, беспокойно перебирая их пальцами и внимательно проглядывая. Мне казалось, что сердце проломит грудную клетку. Ничего нет хуже ожидания! Наконец, он откинулся на спинку стула и начал нервно крутить в руках авторучку. — У мамы что-то… не так? — не выдержала я. — Все так! Самого страшного удалось избежать. Понимаете, вашу маму доставили с начавшимся отеком легкого, — заведующий шумно выдохнул и устало продолжил: — Спасти таких больных удается крайне редко. Вашу маму мы вернули… почти с того света. Я не смогла сдержать слез. — Спасибо вам огромное! Я и не подозревала, что все так плохо… было, — прошептала, кусая губы, чтобы не зарыдать в голос. |