Книга Славгород, страница 98 – Софа Вернер

— Я? – Она насильно обнажает зубы в улыбке. В ней еле-еле тлеет уголек остатков безусловной материнской любви. Этой ночью ей предстоит отпустить Альберта уже насовсем. – Да, дорогой. Устала.

Альберт ждет другой ответ – «Нет, конечно, нет! Ты что!» – и готовится ему противоречить. Однако такое смелое согласие выбивает его из спора. Он молчит, и Ирина спокойно уходит заниматься своими привычными делами, без которых она не живет, не жила бы и не сможет жить.

Милосердное освобождение уничтожит ее, ровно так же, как Альберта, если тот останется без науки. Он разочарованно смотрит на стопку книг и пособий: новая «толстая» редакция научного журнала институтских исследований, недочитанные атласы биологии нав, новое исследование, доказывающее особое строение гортани у керастов – и это надо же было найти добровольцев для таких обширных выводов! – но весь этот прогресс вызывает у Харитонова только тошноту и неприятие. Разве это наука?

Пока он сидит на кровати, уперев локти в колени и спрятав в ладонях лицо, Ирина тихо оставляет готовый костюм и одним лишь вздохом добродушно желает пойти на встречу и отвлечься. Среди своих Альберт за целую жизнь не смог завести друзей. Он водит знакомства и иногда даже приятельствует с кем-то из «дозволенного» круга. В детстве к нему приводили обязательных правильных друзей – кто-то из них сейчас возглавляет кафедры в институте, кто-то заседает в тесных правительственных кабинетах. На первых порах, стараясь отличником выделиться на глазах у молодежи РЁВ-Волны, он часто хвастался этими бесполезными связями, но никто так и не попросил его поскорее обратиться к приятелю-секретарю мэра или к профессору кафедры «зверских» наук. Они – отделившиеся от остальных, сделавшие себя выше, задравшие нос – теперь никому не нужны.

Метка Альберта проставлена на внутренней части бедра – маленькая тусклая синяя буква В и число 198. Всего двести номерков отдано для высокопоставленных вирий, которых система благодарит за вклад в городское устройство. Альберт мог бы замаскировать эту постыдную деталь, однако комично боится иголок – многие в Славгороде прибегают к ним, чтобы чернилами перебить одну метку другой.

Каждый гибрид получает эту метку в разумеющемся возрасте: Альберт удостоился своего отличительного номера после феноменальной защиты диссертации – «Физический способ удушающего воздействия как психический триггер к совершенствованию особых навыков псовых гибридов», как не изменяет память (а она у него совершенная). Лишь спустя годы он понял, что впопыхах набитая ссыльным маргинального вида татуировка – такое же нововведение, как и его собственная методика, только уже от защищавших социологические диссертации гуманитариев. Мол, всему нужна статистика и счет, и Славгород не исключение.

Социологи своими исследованиями убедили исправительную систему обеспечить местом жительства пожизненных трудопоселенцев в девяностых годах, смертную казнь отменили после смены власти в центральных частях страны; других уже в течение десятка лет досылали для количества. Город нуждался в жителях, но заманить сюда элиту не так-то просто; хвастаться тут не перед кем, почти никто не ровня. Вот почему – если и костюм, то без бахвальства галстуком, запонками и карманным платком. Вот почему.