Книга Гёрлхуд, страница 21 – Софа Вернер

— Не сработало, – Аида нахмурилась, а затем закатила глаза и отпустила прядь.

Ряба разрывалась между её учебной тетрадью и мной; одной рукой распутывала кончики, а другой писала задачки по катастрофическим событиям. Незваные не могли учиться по одному направлению, поэтому охватывали все понемногу и нигде, я как увидела в Ширвани, не поспевали.

— Зачем тебе вообще учёба? – Не удержалась я от любопытства и из последних сил выдавила немного французской тонального крема.

— Тут весело.

— Правда?

Аида не выглядела весёлой, довольной или заинтересованной. Мне следовало постараться вернуть себе такой же облик, далёкий и от кошмарного, и от приятного одновременно. Глянув на Аиду, я не увидела ничего вызывавшего герпетофобию, потому что она мастерски прятала свою сущность под слоем косметики и накладными ресницами. В училище некого и незачем устрашать.

— Лучше тут, чем в пустыне, – Аида громко чавкнула арбузной жвачкой у себя во рту и пожала плечами, мотнув телефоном в руках. – Например, есть модемы. И творожные кексы, вот это вообще роскошь...

— Раньше ты говорила иначе.

— Говорила, ну и что? Я всё ещё не знаю, как отсюда выбраться, вот и ищу плюсы.

— Никак, это же училище Времлады Хронотоповны, – с улыбкой пояснила Ряба, словно читала параграф учебника. – Она сама собой образовала временной парадокс. Училище – это ведь её дом и убежище, а мы здесь прогоняем одну и ту же программу, чтобы принять себя и найти место в обществе, из которого выпали, потому что были слишком особенными даже для семей-монстров.

Мы с Аидой тут же замокли.

— Зачем она это сказала? – Шепнула Аида.

— Не знаю, – искренне отозвалась я. Иногда Ряба замирала и в своих монологах никого не замечала вокруг. Я всегда удивлялась: как её безобидная птичья природа смогла привести её сюда, в училище для провинившихся? Или, может, как раз её доброта и стала тем проступком, который вынудил её родителей подписать документы на оплату?

В училище мы редко говорим, откуда взялись или где родились. Некоторые пробыли здесь так долго, что забывали, куда им возвращаться после выпуска. Жизнь за пределами шла параллельно, далеко от нас и была незнакомой, поэтому концентрироваться на учебном процессе как на единственно верном жизненном пути было куда легче, чем думать о внешнем. Мне, например, точно.

Аида щёлкнула ногтями по нашему подоконнику и отняла свой чудесно-бесполезный гребень от моей головы. Угроза разошлась сама собой.

— Увидимся на сборе оргкомитета, – попрощалась она без прощания и двинула к двери. Ряба поспешно дописала предложение и на бегу вручила Аиде тетрадь с завершённой работой.

— Стой, на сборе оргкомитета? Оргкомитета праздника? – Поспешно запаниковала я.

— Должен же кто-то тебя подменить, – объяснила Аида, будто с удовольствием воспользовавшаяся моей слабостью. – Но ты всё равно приходи, оценишь обновившуюся концепцию...

Стук каблуков, дверь, женский смех эхом ушёл вместе с ней. Я подскочила и в безумии напала на шкаф; вывалила все свои вещи на пол, чтобы изучить каждую и выбрать лучший наряд на сегодня. Десяток одинаковых топиков, и столько же бесцветных невпечатляющих юбок, дырявых колготок и стесанных каблуков. Я почти взвыла над своей некогда сокровищницей, а теперь – секонд-хенд катастрофой.