Книга Светлее дня, страница 7 – Ирина Родионова, Дарина Стрельченко, Ольга Цветкова, и др.

* * *

Старик

Народу набралось – полный зал. Все хотят на живого андроида посмотреть. Нам с котом выделили вип-ложу. Я сел, выдохнул: уф, что-то голова совсем уезжает. То ли от смерти ещё не отошёл, то ли от ментального сканирования. Хотя Милан уверял, что нет побочных эффектов. Бась, спрашиваю, у тебя как голова? Не кружится? Смотрю – а кота нету. Куда делся – непонятно. Ну, ладно, найдётся, не маленький.

Милан вышел на сцену – довольный, весь светится. Симпатичный он парень, толковый. Прав был кот, за ним – будущее.

Как всегда, с шуточками:

— Наш главный инвестор – человек богатый, но скромный. Поэтому я не могу назвать его имя. Мы благодарны ему за моральную и финансовую поддержку, за интересные предложения. Идея создать сеть лунных отелей принадлежит ему. – Аск щёлкнул пультом, на экране появилась картинка: тёмная пустыня, в ней там и сям празднично светятся огромные купола.

Какие отели? Где «Оптимус»? Может, я по-английски что-то не так понял?

— Так появился проект «Фелисетт». Название, кстати, тоже придумал наш любимый инвестор. Почему «Фелисетт»? Да очень просто! Этот человек неравнодушен к котам. Как, впрочем, и я. Вы логотип «Теслы» видели? Ничего не напоминает?

В зале засмеялись, захлопали. К каким, к чёрту, котам?! Где андроиды?

Милан снова щёлкнул пультом, на экране появилось изображение чёрно-белой нахохленной кошки, обвитой проводами. Да это же та самая, Басина! Но как…

— Перед вами – Фелисетт, первая и единственная кошка, побывавшая в космосе. Впрочем, единственной она останется недолго, хе-хе! В октябре шестьдесят третьего французские учёные запустили ракету с этой мадемуазель на борту. В мозг ей вмонтировали электроды, чтобы следить за состоянием. Фелисетт прекрасно выдержала перегрузки и вернулась на Землю. Где эти гуманные ребята её и усыпили через пару месяцев, чтоб поосновательней покопаться в мозгах. Вы подумайте, как раньше исследователям здорово жилось, хе-хе! Никаких тебе обществ защиты животных. Шучу, шучу. Все вы прекрасно знаете, как бережно мы обращаемся с животными, которые участвуют в наших экспериментах. Кстати, недавно – и не без нашего участия – в Страсбургском космическом университете появился памятник первой астрокошке. Вот он, смотрите.

На экране появилась та самая скульптура, что я видел у Баси в смартфоне: бронзовая кошка сидит на земном шаре, вопросительно смотрит вверх. Скульптура, кстати, так себе, могли б и получше.

— Вы помните, я сказал, что Фелисетт недолго будет оставаться единственной астрокошкой? Друзья, представляю вам почётного члена лунной экспедиции. Это Борислав, личный кот нашего инвестора! Его участие в программе – оммаж прекрасной Фелисетт – и дань уважения традициям. Наши предки сперва запускали в новый дом кошку. Так поступим и мы. Борислав первым войдёт в лунный отель – и откроет новую эру. Эру космического туризма!

Зал разразился аплодисментами. Я смотрел, как Бася шагает по сцене, раскланиваясь направо-налево, и тут у меня в мозгу будто красная лампа зажглась. Сложил два и два. Дрянь же какая! Переиначил всё за моей спиной, скотина влюблённая! Ну, держись, «Борислав»! Я вскочил – выдрать как следует этого поганца и с Миланом объясниться. Но добежал только до соседнего кресла. Голова закружилась, колени подкосились. Рухнул, стал дышать глубоко через рот.