Книга Хроники Дердейна. Трилогия, страница 159 – Джек Холбрук Вэнс

— Верно. Но разве мы не руководствуемся сходными побуждениями? Мы оба хотим, чтобы в Шанте воцарились мир и справедливость.

Финнерак снова хмыкнул – он сомневался. Этцвейну нечего было добавить. Они зашли во дворец. Явился вызванный Этцвейном Аганте.

— Маэстро Фролитц и его труппа покидают дворец Сершанов, – сообщил ему Этцвейн. – Они не вернутся, вы можете восстановить порядок и благолепие.

Лицо дворецкого осветилось искренней радостью:

— Очень рад, покорнейше благодарю! Где, однако, лорд Саджарано? Его нет во дворце. Я начинаю серьезно беспокоиться.

— Лорд Саджарано уехал в далекие края, – сказал Этцвейн. – Заприте дворец и проследите за тем, чтобы сюда никто не заходил без моего разрешения. Через пару дней поступят дальнейшие распоряжения.

— Слушаюсь, ваше превосходительство.

Когда Этцвейн и Финнерак вышли, по дороге уже грохотали фургоны и перекликались веселые голоса – труппа Фролитца уезжала.

Не торопясь, они спустились по ступеням каскада Коронахе. Скиафарилья скрылась за нависшей тенью Ушкаделя; взошло созвездие Горкулы – Рыбы-Дракона, хищно взирающей на Дердейн оранжевыми глазами, Алазеном и Диандасом. Финнерак часто оглядывался. Этцвейн заразился его тревогой:

— Кто-нибудь идет?

— Нет.

Этцвейн ускорил шаги. Дойдя до просторной, бледной в звездных лучах Мармионской площади, они задержались в тени за фонтаном. На площадь больше никто не вышел: Гарвий спал. Несколько ободрившись, они спустились по проспекту Галиаса и скоро прибыли в гостиницу «Фонтеней» на набережной Джардина.

В таверне еще подавали ужин. Устроившись за столом у стены, Этцвейн и Финнерак подкрепились горячим рагу с тушеными мидиями, хлебом и светлым пивом. Оказавшись в привычном месте, Этцвейн почувствовал склонность поделиться воспоминаниями с неразговорчивым компаньоном. Он рассказал о своих приключениях после побега с Ангвинской развязки, описал набег рогушкоев на Башон и последовавшую катастрофу на Гаргаметовом лугу, объяснил, как познакомился с Ифнессом Иллинетом – бездушным, но компетентным корреспондентом земного Исторического института. Здесь, в этой таверне, Этцвейн похитил обворожительную благотворительницу Джурджину, потерявшую голову. Джурджина, Гарстанг, Саджарано, троица на вершине власти – зачем, во имя чего они умерли?

— Такова вереница причин и следствий, уходящая в черно-желтую мглу какой-то мрачной тайны, – закончил рассказ Этцвейн. – Я в замешательстве, я заинтригован. Раз уж я оказался в центре событий, неплохо было бы узнать, кто за ними стоит. Что-то пугает меня, однако. Боюсь, что истина страшнее самых пессимистических предположений.

Финнерак погладил щетинистый подбородок:

— Почти не разделяя вашего любопытства, я рискую навлечь на себя весь ужас откровения истины.

Этцвейн почувствовал укол раздражения:

— Вам известны все обстоятельства дела. Решайте сами.

Финнерак осушил кружку с пивом и с решительным стуком поставил ее на стол – с его стороны это было самое выразительное проявление эмоций с тех пор, как они приехали в Гарвий:

— Я присоединяюсь к вам, и вот по какой причине – исключительно ради достижения собственных целей.

— Прежде чем мы продолжим – в чем состоят эти цели?

— Думаю, вам они уже известны. В Гарвии – повсюду в Шанте – богачи живут во дворцах. Они приобрели богатство, ограбив меня и других таких же, как я, отняли у нас молодость и силы. Настало время расплаты. Они заплатят, дорого заплатят! Пока я жив, им не уйти от возмездия!