Книга Всадники Перна, страница 159 – Энн Маккефри

— Присоединишься к ним? – спросил он коричневого дракона.

«Они вместе», – столь скептически ответил Кант’, что Ф’нор невольно усмехнулся.

Похоже, зеленая Бет’а приняла ухаживания коричневого Севент’а. Глядя на ее сверкающую шкуру, Ф’нор мельком подумал, что их всадникам нельзя было позволять этой парочке покидать родной Вейр в таком состоянии. На глазах Ф’нора коричневый дракон распростер крыло, любовно прикрыв им зеленую. Ф’нор погладил шею Кант’а сразу за затылком, но дракон, судя по всему, не нуждался в утешении. «В конце концов, недостатка в партнершах он точно не испытывает», – несколько самодовольно подумал Ф’нор. Зеленые всегда предпочитали коричневого, который мог сравниться размерами с большинством бронзовых драконов Перна.

Кант’ приземлился, и Ф’нор поспешно спрыгнул с его шеи. Его тут же окутала поднятая крыльями дракона пыль. Под открытыми навесами, мимо которых он проходил по пути к мастерской, трудились люди. Большая часть работ, которые они выполняли, была ему знакома, но у одного навеса он остановился, пытаясь сообразить, зачем вспотевшие ремесленники протаскивают через отверстия в пластине металлические прутья, пока не понял, что материал превращается в тонкую проволоку. Ф’нор уже собирался задать пару вопросов, но, увидев мрачные сосредоточенные лица ремесленников, лишь учтиво поклонился и двинулся дальше, сбитый с толку их безразличием или даже отвращением. Он уже начинал жалеть, что согласился на поручение Маноры.

Мастер-кузнец Фандарел, однако, являлся признанным авторитетом в области металлов и мог выяснить, отчего внезапно изменился цвет жизненно необходимой обезболивающей мази. Ф’нор встряхнул корзинку, проверяя, что два горшка с образцами никуда не делись, и улыбнулся, осознав, что к нему на мгновение вернулся детский страх потерять нечто ему вверенное.

Вход в главную кузницу выглядел впечатляюще: через массивные двери могла бы пройти в ряд четверка быков, не повредив шкуру. «Кто знает, может, все рождавшиеся на Перне мастера-кузнецы были под стать этим дверям?» – подумал Ф’нор, проходя между распахнутыми настежь огромными металлическими створками. Кузница теперь целиком была отдана в распоряжение ремесленников. Стоявшие за токарными станками и верстаками люди полировали, гравировали, наносили последние штрихи. Из высоко расположенных окон струились лучи утреннего солнца, отражаясь от образцов оружия и металлических изделий на открытых полках в центре большого зала.

Внезапно все прекратили работу. Сперва Ф’нор решил, что причиной тому стало его появление, но потом заметил двух всадников, наседавших на Терри, помощника Фандарела и автора многих новаторских идей. Не раздумывая, Ф’нор поспешил к ним, высекая каблуками сапог искры из каменных плит.

— Добрый день тебе, Терри, и вам, господа, – сказал он, дружелюбно приветствуя всадников. – Ф’нор, всадник Кант’а, из Бендена.

— Б’най, всадник Севент’а, из Форта, – ответил тот, что повыше и с проседью. Явно недовольный тем, что его отвлекли, он похлопывал по ладони украшенной драгоценными камнями рукояткой поясного ножа.

— Т’реб, всадник Бет’ы, тоже из Форта. И если твой Кант’ – бронзовый, пусть держится от Бет’ы подальше.

— Кант’ не ищет себе добычу в чужих владениях, – широко улыбнулся Ф’нор, отметив про себя, что любвеобильность зеленой не лучшим образом сказалась на темпераменте ее всадника.