Книга Всадники Перна, страница 252 – Энн Маккефри

Он подчеркнул последние слова, заметив яростные взгляды, которыми обменивались синий и зеленый всадники. А вот молодой Н’тон обладал превосходными манерами, хоть и родился не в Вейре.

— Мне велели доставить тебя, – мрачно проговорил всадник из Форт-Вейра.

— Похоже, это поручение воистину переполняет тебя радостью, – усмехнулся Робинтон и тут же увидел самодовольную ухмылку на лице синего всадника. – Но, хотя я ценю заботу предводителя Р’марта, несмотря на его недавние… э… проблемы в Телгар-холде, я полечу на драконе из Бенден-Вейра. По крайней мере, их посланец оставил выбор за мной.

Из ворот выбежали его помощники, накинув на плечи плащи и на ходу запихивая инструменты в войлочные футляры. Робинтон бегло окинул каждого взглядом, когда они выстроились перед ним неровной линией – запыхавшиеся, раскрасневшиеся и, слава Скорлупе, счастливые. Он кивнул, оценив штаны Сибелла, велел Талмору поправить ремень, одобрил безупречную внешность Брудегана и буркнул Тагетарлу, чтобы тот пригладил растрепанные волосы.

— Мы готовы, уважаемые, – объявил Робинтон и, коротко поклонившись остальным всадникам, повернулся, собираясь последовать за Н’тоном.

— Никак не могу сообразить… – начал зеленый всадник.

— Все просто, – прервал его Робинтон холодным, будто Промежуток, и угрожающим, будто Нити, голосом. – Брудеган, Тагетарл, полетите с ним. Сибелл и Талмор – на синей.

Робинтон посмотрел вслед Брудегану, который как ни в чем не бывало вежливо предложил невысокому зеленому всаднику, чтобы тот шел впереди. Арфисты мало кого боялись: любой, пытавшийся с ними беспричинно враждовать, оказывался мишенью сатирической песенки, которую распевали повсюду.

Возражений больше не последовало, и Робинтон удовлетворенно отметил, что Н’тон ничем не выказал даже малейшей недоброжелательности.

Бронзовый дракон Н’тона, несущий Робинтона, возник в воздухе прямо над утесом, в толще которого был вырублен Телгар-холд. Быстрая река, исток которой находился в высоких горах на востоке, прорезала мягкий камень и проложила в нем глубокое ущелье, которое постепенно расширялось, переходя в широкую зеленую долину Телгара. Внутри одного из каменных уступов, на вершине треугольного утеса, и расположился Телгар-холд, стороны которого выходили на юг, восток и запад, а сотня окон на пяти разных уровнях обеспечивала хорошее освещение внутри. Все окна закрывались тяжелыми бронзовыми ставнями, что подчеркивало богатство холда.

Сегодня все три стороны каменного утеса Телгар-холда были расцвечены флагами мелких холдов, когда-либо состоявших с ним в родстве. Большой двор украшали сотни цветущих веток и гигантских соцветий лунного дерева, в воздухе висело множество ароматов и аппетитных запахов с кухни. Гости, похоже, прибывали уже в течение нескольких часов, судя по количеству длинноногих скакунов на пастбище. Вряд ли этой ночью в Телгар-холде осталась хоть одна свободная комната, и Робинтон радовался, что его ранг гарантирует ему комфортное размещение. Впрочем, придется, наверное, потесниться, поскольку он взял с собой еще четверых арфистов. Они вполне могли оказаться лишними: наверняка все арфисты из кожи вон лезли, чтобы сюда просочиться. В конце концов, столь радостное событие случается нечасто.

«Нужно сосредоточиться на радостном и счастливом», – подумал Робинтон, вспоминая слова Фандарела.