Онлайн книга «Всадники Перна»
|
Крик был полон чудовищной боли, в нем звучала мольба, отдавшаяся эхом в черных провалах вейров, в разумах драконов и сердцах людей. Рамот’а взмыла в небо, Мнемент’ тотчас же оказался рядом с ней. А потом взлетели все драконы Вейра и огненные ящерицы – казалось, сам воздух стонал от напряжения, стараясь поддержать их крылья. Брекка ничего не видела, глаза ее заполнились кровью из лопнувших от отчаянного крика сосудов. Но она знала, что в небе появилось пятнышко, которое падало, беспомощно кувыркаясь, все быстрее и быстрее, и падение это было столь же смертоносным, как и то, которое в свое время пытался остановить Кант’ над каменными вершинами Плоскогорья. И это камнем летящее к земле пятнышко было лишено сознания – даже слабого эха не доносилось в ответ на ее отчаянный призыв. В небо взмыл клин драконов, взмахивавших громадными крыльями. Клин рос, удваиваясь и утраиваясь по мере того, как к нему присоединялись все новые звери, устремляясь к падающей точке. Образовав подобие живого ковра, который принял бесчувственное тело их товарища, и затормозив его падение, они осторожно опустили окровавленного и изломанного коричневого дракона в Чашу Вейра. Почти ничего не видя, Брекка первой оказалась у израненного тела Кант’а, к шее которого безвольно приник привязанный ремнями Ф’нор. Дрожащими пальцами она нашарила жилку на горле всадника, где должен был биться пульс. Кожа была холодной и липкой, мышцы казались тверже льда. — Он не дышит! – крикнул кто-то. – У него посинели губы! — Он жив, жив, – прошептала Брекка, ощутив под пальцами слабое, едва заметное биение. Нет, ей не почудилось. Еще одно… — На Алой Звезде нет воздуха. Потому он и посинел. Задохнулся! Некое полузабытое воспоминание побудило Брекку раздвинуть челюсти Ф’нора. Прижавшись губами к его рту, она начала делать глубокие вдохи и выдохи, заполняя воздухом его легкие. — Верно, Брекка! – послышался чей-то возглас. – Это может помочь! Дыши медленнее, и за себя тоже, иначе потеряешь сознание! Кто-то схватил ее за пояс. Она прильнула к безвольному телу Ф’нора, не желая с ним расставаться, но поняла, что их обоих снимают с драконьей шеи. Кто-то настойчиво обратился к Кант’у: — Кант’! Держись! Боль, которую испытывал дракон, казалось, целиком заполнила сознание Брекки. Она продолжала вдыхать и выдыхать – за Ф’нора, за себя, за Кант’а. Никогда прежде она не ощущала, как в такт дыханию сжимаются и расширяются мышцы ее живота, с силой выталкивая и всасывая поток воздуха. — Брекка! Брекка! – Кто-то попытался ее оттащить, и она вцепилась в кожаную куртку под собой. – Брекка! Он уже дышит сам! Брекка! Брекка пробовала сопротивляться, но все вокруг тонуло в кровавом тумане. Она пошатнулась, коснувшись рукой шкуры дракона. «Брекка. – Слабый мысленный голос доносился из невероятной дали, но он принадлежал Кант’у. – Брекка?» — Я больше не одна! – прошептала девушка и, не выдержав чрезмерных усилий, потребовавшихся для спасения двух жизней, лишилась чувств. * * * Споры бессмысленно и беспощадно падали из клубящейся атмосферы раскаленной планеты на Перн под воздействием разнонаправленных сил притяжения еще трех небесных тел системы. Преодолев слой воздуха, они упали дождем раскаленных волокон на поверхность. В небо взмыли драконы, уничтожая их огненным дыханием. Те Нити, которым удавалось ускользнуть от драконов, подчистую уничтожались наземными командами, или их пожирали песчаные черви и огненные ящерицы. |