Книга Всадники Перна, страница 490 – Энн Маккефри

Все так же с поднятой ногой он развернулся на песке к озабоченно смотревшей на него целительнице. Ловко размотав обрывки того, что когда-то, вероятно, было плащом Пьемура, она обнаружила длинный недавно заживший шрам.

— Скажи, Шарра, смогу я ходить с такой ногой?

— Вряд ли, Пьемур. – Джексом критически осмотрел затянувшуюся рану. – Верно, Шарра?

Переведя взгляд с одного на другого, она покачала головой, и в ее глазах заплясали веселые огоньки.

— Однозначно – нет! Ногу нужно отмачивать в теплой соленой воде и побольше держать на солнце. Ты отъявленный негодяй, Пьемур, и никакой ты не посланный с поручением арфист! Любой разумный холдер пришел бы от тебя в ужас!

— Ты вел какие-нибудь записи во время своего путешествия? – с явной заинтересованностью спросил Джексом, слегка завидуя свободе Пьемура.

— Вел ли я записи? – насмешливо фыркнул Пьемур. – Да почти вся поклажа на Дуралее состоит из моих записей! Почему, по-твоему, я хожу в лохмотьях? У меня нет места для запасной одежды! – Понизив голос, он наклонился к Джексому. – У тебя, случайно, не найдется пары листов Бендарека? У меня есть кое-какие мысли…

— Листов полно, и письменных принадлежностей тоже. Идем!

Джексом поднялся на ноги, и Пьемур, ни на секунду не отставая, последовал за ним в укрытие, лишь изредка прихрамывая. Джексом не собирался показывать ему свои скромные попытки картографировать ближайшие окрестности, но забыл, что острый взгляд молодого арфиста мало что упускает. Пьемур сразу заметил рулон аккуратно соединенных листов и, не спрашивая разрешения, развернул. Вскоре он уже кивал и что-то бормотал себе под нос.

— А ты, как я погляжу, не тратил тут время зря, – усмехнулся Пьемур, косвенно похвалив работу Джексома. – Использовал Рут’а в качестве единицы длины? Вполне логично. Я научил мою королеву Фарли летать с определенной скоростью. Отсчитываю секунды, наблюдаю, сколько она пролетит, и записываю расстояние в секундах. Потом, когда наношу на карту, вычисляю, сколько это. Н’тон проверял мои измерения, когда работал со мной, так что все вполне точно, если учитывать поправку на ветер. – Он присвистнул, увидев стопку чистых листов. – Мне бы они пригодились для карт тех мест, где я побывал. Если бы ты дал мне несколько…

— Разве тебе не нужно дать отдых ноге? – невозмутимо спросил Джексом.

Пьемур взглянул на него с непониманием, и оба расхохотались и хохотали, пока к ним не пришла Шара, поинтересоваться, что тут такого смешного.

Следующие дни прошли относительно безмятежно для всех троих. Каждое утро начиналось с заверений Рут’а: выздоровление мастера-арфиста продолжается. Да еще в самое первое утро, заметив, что Дуралей сожрал всю сочную траву окрест, Пьемур спросил, нет ли поблизости чего-то похожего на пастбище, и они с Джексомом отправились верхом на Рут’е к лугам у реки, протекавшей к юго-востоку в часе полета от бухты. Рут’ охотно помогал собирать охапки высокой, покачивавшейся на ветру травы. Пьемур объявил, что это отличный корм, способный привести в форму даже беднягу Дуралея. Рут’ сообщил Джексому, что никогда еще не видел настолько отощавшего скакуна.

— Мы не собираемся его для тебя откармливать, – рассмеялся Джексом.

«Он друг Пьемура. Пьемур мой друг. Я не ем друзей моих друзей».