Книга Бес лести предан, страница 290 – Элиот Лилит

Алексей не посмел ответить.

В эту минуту объявился граф Пален.

— Ваше величество, – возвестил он. – господин главный полицмейстер просил передать, что обыск закончен.

Палена еще не хватало… Вот уж кто сдаст Александра с потрохами и не поморщится.

— Отлично! – император вскочил. – Вы еще не в обмороке, ваше высочество? Пойдемте, прогуляемся до ваших покоев.

В кабинете цесаревича царил беспорядок: ящики выдвинуты, книги вытащены с полок, даже диванные подушки разворочены. Главный полицмейстер Чулков, сухой и строгий, ждал у письменного стола. В руках он держал раскрытую книгу. Алексей пригляделся: «Брут», трагедия Вольтера.

— Я нашел вот это, ваше величество.

Александр, снова повисший на плече Алексея, устало поднял голову.

— Книгу? Вы нашли у меня книгу?

— Не книгу, ваше высочество, – поправил Чулков. – Бумагу в ней.

Император подскочил к нему.

— Какую бумагу?

Чулков опустил книгу, и Алексей с содроганием увидел между страниц уже знакомый обгорелый листок. Император забегал глазами по изувеченным строчкам.

— Это почерк первого консула. Сегодня я видел, как он расписывается.

— Согласитесь, этого я знать никак не мог, – выдавил Александр.

Алексей ничего не понимал. Кому могло взбрести в голову вытащить бумагу из потайного ящика, только чтобы перепрятать в стоявшую тут же книгу? Да еще тогда, когда об обыске комнат цесаревича не было и речи? Дело пахло заговором, но разве был во дворце хоть один человек, который не любил бы Александра? Двор его обожал, военные – превозносили. Оставалась только мадам Шевалье, но как бы она сюда попала? В ночь, когда пропала бумага, она танцевала с Алексеем на балу, а затем – спешно бежала из дворца. Ни времени, ни возможности.

— Не могли, – согласился император. – Но вот догадаться, хотя бы о том, что простые актрисы обыкновенно не хранят у себя подобные письма… – он еще раз всмотрелся в бумагу, вернее, в страницу под ней. – А место-то какое выбрали – убийство Цезаря Брутом. Интересное у вашего высочества чувство юмора.

— Вы правда думаете… – голос Александра срывался. – Вы правда думаете, что, будь у меня такая бумага, я держал бы ее в этой книге на этой странице?

— И это ваш главный довод в свою защиту? – император с отвращением отшвырнул книгу. – То, что если бы вы взялись интриговать против меня, то интриговали бы поискуснее?

— Мой главный довод?! – голос Александра взвился. – Мой главный довод в том, что я ваш сын и ничем не заслужил такого обращения! Я всегда был вам предан. Если вы готовы обвинить меня в измене только от того, что кто-то подложил это проклятое письмо в эту проклятую книгу, вы так же несправедливы ко мне, как ее величество была несправедлива к вам!

Пришел черед императора бледнеть. Алексей понятия не имел, чем закончилась бы эта сцена, но тут на пороге объявилось новое действующее лицо.

Это была Елизавета Алексеевна.

— Ваше высочество, – сухо приветствовал невестку обернувшийся император. Алексей воспользовался этим, чтобы успокаивающе сжать плечо Александра. Того трясло. – Извините за учиненный беспорядок. Мы скоро вернем покои в ваше полное распоряжение.

Но Елизавета Алексеевна будто и не заметила постигшее кабинет разорение. Обычно тихая и замкнутая, сейчас она шагнула к императору так решительно, что тот вздрогнул.