Книга Беги или гори, страница 192 – Софья Ролдугина

Звуки снова пропали, как тогда, в первый раз. Во рту появился привкус крови, в солнечное сплетение врезался невидимый кулак – ох, не только мне было не до нежностей и осторожностей – и вдруг стало холоднее.

Я открыла глаза.

Мы парили над деревней в прозрачном пузыре – все вместе, включая безразличных к происходящему айров. Мир распадался на три части: холодное голубое небо, синий океан и зелёная земля – чем дальше к северу, тем более тёмная и пустая, царапающая горизонт островерхими горами; туда мы и летели.

Лао был уже близко, километрах в шести, а за ним двигалось нечто, до неузнаваемости размывающее пейзаж, как фильтр для редактирования фотографий.

Мастеру потребовалось не больше десяти секунд, чтобы принять решение.

— Далеко не отходите, – сказал он и уронил нас на землю. Красиво расписанный план боя изящно полетел в тартарары, и мы вместе с ним.

Диккери завизжала.

Падать спиной в пустоту, раскинув руки, было страшно, но не страшнее, чем видеть, как Ригуми Шаа с чудовищной скоростью несётся наперерез пятну, размывающему ландшафт. Ветер свистел в ушах, визжала Лиора; Тейт как-то умудрился извернуться и сцапать меня в охапку, а потом падение замедлилось, точно сам воздух стал гуще.

Мы с рыжим приземлились на первой террасе, почти на вершине холма, в самую гущу низкорослых деревьев. Одна ветка хлестнула меня по лицу, кажется, до крови. Кагечи Ро досталось сильнее – он угодил в расщелину и повредил ногу; эхо боли раскатилось широко, но угасло быстро.

— Он справится, не бери в голову, – произнёс Тейт, безошибочно угадывая ход моих мыслей. Затем глянул в ту сторону, где был его приятель, и ухмыльнулся: – Интересно, что он такого Рану сделал.

— Думаешь, Итасэ это специально? – мрачно поинтересовалась я, пальцами вычёсывая из волос сухие листья и веточки. Шрах, вот почему у магов поголовно короткие стрижки!

— Ну не промахнулся же он, – фыркнул рыжий и подхватил меня под руку, побуждая карабкаться выше. – И ты не расслабляйся, Ригуми всех не удержит. До нас тоже доберутся. Ты чувствуешь?

— Нет, – нахмурилась я. Купол, растянутый почти на два километра, не улавливал ничего подозрительного. – Хотя… Лао идёт сюда?

— Ага. Ветер, – просто пояснил Тейт и посерьёзнел. – Трикси, я что тебе хочу сказать, пока время есть… Не пытайся убивать. Уклоняйся, беги, мешай им, вреди, а я буду рядом и закончу, что надо.

Я застыла. Ветер показался вдруг очень холодным.

— Почему?

— Ты не сможешь, – ответил коротко рыжий и поцеловал меня в уголок губ, тепло и легко, словно извиняясь. Здесь, на вершине, где не было места тени, его глаза казались глубже и синее океана. – А если замешкаешься перед ударом, то можешь подставиться. Так что лучше бей в ту силу, какую себе простишь.

На языке появилась горечь. Не из-за меня – шрах, я-то свои пределы знала и спорить не собиралась, – а за него. Чтобы дать такой совет, нужно сперва самому побывать в шкуре убийцы-неофита, наошибаться… И выжить.

«Откуда взялась бездна в твоём сознании, – пронеслось в голове. – Откуда… Нет, не хочу знать».

Я смотрела поверх его плеча, тянула время – непозволительно долго в нашей ситуации. И потому увидела, как сталкиваются над дальним холмом две кошмарные силы – мастер и то, что размывало пейзаж. В небе появилась дыра – огромная белая дыра, средоточие небытия, сияющая бездна. А мне стало жутко до тошноты, до золотистых пятен в глазах. Так, словно кто-то взял и отменил фрагмент мира. Насовсем.