Книга Беги или гори, страница 70 – Софья Ролдугина

— Исэ-кан, Трикси-кан, простите, но к вам можно? – крикнул он, глядя себе под ноги. На нём оставались только узкие тёмные штаны до колена, остальное было зажато под мышкой. – Хочу окунуться перед сном. Купальня вряд ли ещё долго протянет, а я устал ужасно. Может, отгородитесь чем-нибудь и потерпите меня?

— Спускайся так, – вяло откликнулась Лиора. Похоже, первый этап похода утомил её немногим меньше моего. – Трикси уже уснула на своём камешке, а мне всё равно… Где Тейт, кстати?

Маронг бодро преодолел половину спуска, но потом запнулся и съехал в купальню с руганью, подняв ворохи брызг. Сухой осталась только верхняя одежда, потерянная на склоне, в траве. Лично у меня появление полуобнажённого парня в нашем узком девичьем круге вызвало только слабый приступ раздражения – ни стыда, ни активного недовольства, ни даже интереса. Слишком трудный день выдался. Мышцы ощутимо дёргало, словно тикали внутри невидимые часы.

— Ушёл куда-то, я не успел спросить зачем, – ответил наконец Маронг, устроившись на максимально возможном расстоянии от нас обеих, на мелководье. – С мастером Арингой, кажется… Трикси-кан, ты не тонешь?

— Нет, – ответила я, с неохотой выныривая. – И спрашивать нечего, он вернётся, никуда не денется.

— Айе, айе, – склонила Лиора голову к плечу и закрыла глаза. – Завидую ему, признаться. И откуда столько сил…

Это невинное замечание вызвало цепь исключительно гадких ассоциаций. Может, сказалось недолгое, но яркое знакомство с одной-из-восемнадцати, Нэккен. Но сама мысль о том, что Тейт на ночь глядя пошёл куда-то с красивой и благоволящей ему Арингой, была неприятна. Такое чувство, словно в затылке поселился червячок – не кусачий, но противный, хуже ящерок-риизов.

— Брысь, – пробормотала я, сомкнув веки. От усталости чудилось, что можно ощутить вращение планеты и полёт сквозь космическое пространство. – Брысь, дурные мысли…

Но гадкий червячок, разумеется, никуда не делся.

На второй день похода я стала постепенно привыкать к темпу. Рыжий по-прежнему тащил обе сумки, а иногда и меня саму. Чередование бега, ходьбы и отдыха напрягало куда меньше вчерашнего идиотского марш-броска. Биокинез помогал следить за дыханием, сердцебиением и образованием молочной кислоты в мышцах. Пока мне удавалось держать себя в форме – никаких проблем и аномалий… Почти.

Одно казалось странным: уровень дофамина и серотонина. Сами гормоны я, конечно, с моей ступенью отслеживать не могла, только их воздействие на организм, но опыт бега под биокинезом у меня имелся. Во время учебных марафонов у дяди Эрнана ощущения были… более позитивными, что ли? Настроение становилось приподнятым, как после визита в кондитерскую или поцелуев на задворках школы. А сейчас периодически накатывали волны тревоги и уныния, да такие, что слёзы на глаза наворачивались… Определённо что-то не то.

— Когда ты погружаешься в мысли, то становишься непроницаемой. Это неприятно, – аристократически сморщила носик Лиора. Она бежала очень смешно, высоко вскидывая колени, но весьма бодро. Мальчики сейчас трусили где-то впереди, а мы поотстали, сместившись к хвосту процессии.