Книга Бей или умри, страница 150 – Софья Ролдугина

— Да-а? – заинтересованно протянула мастер. – Ну, тогда садитесь. Нет, миленький, не уходи… А вы – кыш, – небрежно махнула она рукой в сторону толпы, и маги прыснули в стороны, растворяясь в тёмном лабиринте, как сахар – в горячей воде.

И тут я заметила несоответствие: глаза у Наоки были заплаканными, внешний слой сознания – нечто среднее между депрессивным состоянием и истерическим, но из глубины шло ощущение такой целостной, уравновешенной силы, что дух захватывало.

— Приветствую, мастер, – Лиора первой опомнилась и выполнила приказ. Правда, села она не на услужливо подбежавшую подушку, а прямо на камни. – Прошу прощения за вторжение без приглашения, однако я была сильно обеспокоена, когда поняла, что шум исходит из ваших лабораторий. Что здесь произошло?

«Шрах, как врёт!» – пронеслось у меня в голове восхищённое.

Наоки заморгала часто-часто, и на кончиках ресниц у неё повисли жемчужины слёз. Честное слово, на мгновение я испугалась, что она снова разрыдается, но мастер только застыла в задумчивости. Тейт на пробу осторожно отвёл её руку в сторону, убедился, что реакции не последовало, и подскочил ко мне, на ходу отлавливая подушку.

— Не стой – ноги отстоишь, – весело шепнул он – и сам плюхнулся на живое кожаное сиденье.

Я опасливо покосилась на незаметно подобравшуюся ко мне подушку.

— А она не укусит, если сесть на неё… в слишком тонких штанах?

— Нет, если не сядешь на то место, в которое её кормят, – прыснул он и ткнул мне пальцем под коленку. Ноги подогнулись, и я сама не поняла, как оседлала злополучную подушку. – Да не бойся ты, она фрукты жрёт. А ты, конечно, сладкая, но всё-таки не фрукт.

Наоки издала странный звук, подозрительно похожий на смешок.

— Действительно, хорошая… Рассказывать особенно и нечего, – вздохнула она, и глаза у неё печально потемнели. – Пришли две такие милые девочки, сказали, что хотят посмотреть на моих замечательных малышек. Я обрадовалась – малышки любят внимание и восхищение. Я провела девочек по лаборатории туда-сюда – показала, как выращивается универсальное условно живое покрытие, показала лапу-хваталку, которую можно переделать в ширму-убийцу или в платформу-летучку. А потом отвлеклась на что-то. И прямо не знаю, как это получилось, но девочки разозлили моего жора. А это, знаете, не шутки. Жор вырвался, прогрыз ход наружу, побушевал и рассыпался, такая беда.

Я вспомнила пятнадцатиметровую челюсть в коридоре – так вот, как называлась так штука! – и вдруг похолодела, осознавая, почему Тейт оказался именно здесь, хотя наверняка он собирался меня встречать у террасы Оро-Ича.

— Скажите… – в горле у меня пересохло, и я сглотнула. – Скажите, а те две девочки – это случайно не Атекки Айка и Ширамару Орса?

— Ну, имён я не знаю, – протянула Наоки, но Тейт не дал ей договорить – расхохотался:

— Да они это, они! Айка с новой подружкой с утра уже Таппу довела, он аж кулаком по скале врезал – и в крошку, мы потом полсета убирались. Таппа потом опомнился, попросил меня, чтоб я Айку назад привёл, ну, уши ей надрать и научить паре крутых приёмов, чтоб делом занялась. И подружку её тоже научить. Но я что-то заболтался, – тут он смутился, случай на моей памяти редчайший. – С Лао пара слов, с Худамой… В общем, эти две беды рванули мстить обидчикам. Орсиным, наверное, потому что своих Айка давно уже проучила.