Книга Повелитель гоблинов. Том 7, страница 8 – Евгений Лисицин, Андрей Мельник

Я развернул карту перед собой, воплощая на столе, и принялся изучать её с видом полководца перед битвой, хотя никакой битвы в ближайшее время не предвиделось. Пока, во всяком случае.

Матрассийск лежал у южного подножия Одинокой горы и стал крупнейшим поселением в округе. Четыре тысячи жителей, каменная стена вокруг Старого города, новые кварталы, укрытые частоколом. Отметка «Город» в системном меню появилась неделю назад, когда население перевалило за три тысячи. И с ней пришли как новые возможности, так и новые головные боли…

К западу, в километре от каменных городских стен, зелёной точкой светился муравьиный лес Коржика. Мы до него практически доросли, планомерно расширяя жилые и производственные кварталы. Да и сама колония разрослась. Теперь Коржик управлял почти тремя сотнями муравьёв, включая боевых, рабочих и недавно появившихся разведчиков — лёгкого подвида, способного забираться в труднодоступные места и даже покорять деревья.

Ещё громкий визг последних позволял ориентироваться остальным муравьям. Да и мы примерно понимали, что означают те или иные звуки.

Под муравейником ежедневно пахала Мать Умертвий. Двадцатиметровая полуразложившаяся змея продолжала делать своё дело под моим руководством и несколько раз в день создавала умертвий, которых использовали для сдачи экзаменов гоблинов, желавших выйти за пределы поселения и получить своё личное оружие, доспехи и щиты, чтобы стать защитниками племени. Мы никого не принуждали. Необходимость превращать в воина каждого гоблина исчезла вместе с ростом численности поселения и армии.

Конечно, у нас были основы, через которые проходил каждый новичок, но бойцами после них не стать. Любой прошедший более-менее нормальную подготовку боец Спартака справится с тремя такими новичками и не вспотеет. И эта битва с умертвиями была своего рода экзаменом.

Каждый победивший забирал с умертвия ленты и делал собственные тканые доспехи, переклеенные смолой. Не боевой, а тренировочный комплект, чтобы привыкать к весу и не портить нормальное снаряжение, созданное кузнецами.

Несмотря на престижность военного направления, гоблины больше любят спокойствие и ковыряние в носу, а не риск, так что на четыре-пять «выпускных экзаменов» приходилось пятнадцать-двадцать умертвий каждый день и свободные излишки тканей отправлялись на склады и в мастерские.

В этом же районе пока находилась окрепшая после переломов Арахна с её выводком. Новых пауков она не нарожала. Коржик говорил, что всё дело в травмах. Как исцелится, так и сможет родить новых пауков. Но мы особо не спешили: контролировать их тяжело. Другого дрессировщика у нас всё ещё нет, а силы Коржика не безграничные.

Он планомерно идёт к десятому уровню, там будет шанс укрепить свой природный дар. И тогда, пожалуйста, пусть рожает. А пока нам и так хватает вечноголодных паучар и их паутины.

На западе, прямо на берегу озера, куда от Матрассийска в будущем будет вести мощёная дорога, а пока имеется лишь накатанная колея и расчищенный лес, мерцала синяя отметка нового поселения.

«Благое», так его назвали, ибо плотность полезных ресурсов, плодородность земли вокруг и наличие рыбы делали его желанным местом для жизни и освоения, будущей житницей всех поселений в этом районе. А пока оно было маленьким, всего тридцать восемь жителей. В основном рыбаки, строители и собиратели диких ресурсов.