Книга Серебряные нити Шардена. Пепел и тис, страница 104 – Мари Ларина

Начальство Эльсы, по совместительству — глава всего Магистрата Внутренней Безопасности — это вовсе не простой человек, не какой-то там замечательный и сильный, устрашающий и утопающий в своей чопорности, бюрократичности, маг. То был эльф, чьё имя, звучащее как некое запретное заклинание, Эльса пыталась запомнить около года — Азгурвальд-Морингвиллен вэль Дрёгхенкель. Он — словно воплощение самой природы, высокий и стройный, с кожей, переливающейся цветом лунного света на воде, как и у большинства эльфов, а глаза — глубокие изумрудные омуты, в которых горит искра древней магии. Никто точно не знает, сколько ему лет.

Я несколько раз встречала его, и была удивлена, как серебристые волосы эльфа ниспадают длинной волной до самого пояса — вот же ж, красивее и гуще, чем у меня! Но несмотря на его внешнюю приближенность к богам, холодность и отстранённость, Азгурвальд — забавная ходячая энциклопедия афоризмов, мудрец, который верит, что «кто не рискует — тот спокойно живёт»,и «нет таких трав, чтоб узнать чужой нрав». Любил порой отчитывать подчинённых, был излишне эмоционален, никогда не лез за словом в карман. Сейчас мы вам это продемонстрируем наглядно — аккурат в этот момент Эльса осторожно раскрыла один из тенеглассов (видимо, отправленный последним), и тот, аж дрожа от яростного предвкушения, разразился громогласной тирадой:

«Верин, ну ты где, прах тебя побери⁈ Дел море, бескрайнее море проблем свалилось на нашу голову, а ты словно растворилась в воздухе, как будто забыла, что тут не свободное посещение, а РА-БО-ТА! Рaбoтa — нe вoлк, в лec нe yбeжит, пoтoмy ee, пеплову, дeлaть и нaдo. БЕГОМ В МАГИСТРАТ, ВЕРИН, ПОКА Я ТЕБЯ НЕ НАШИНКОВАЛ НА УЖИН»

Эльса лишь усмехнулась, сграбастав оставшиеся тенеглассы и запихнув жужжащую кучку стеклышек в карман. Ирис посмеялся в кулак, а Эврен лишь молча наблюдал — видимо, прикидывал, насколько реальна угроза Азгурвальда.

Восхищенная мысль о том, что глава Магистрата — настоящая ходящая кладезь интереснейших слов, вихрем пронеслась в моей головушке. Уверена, он мог бы за одну ночь выговорить столько поговорок, что хватило бы на сотню жизней. Сколько раз доводилось встречаться с главой Магистрата — он ни разу не повторился в своих изречениях!

Однажды мы даже с Эльсой заключили пари — повторится ли он хоть раз в своих изречениях? Мне тогда ради этого пришлось целую неделю ходить с ней по вечерам в Магистрат, когда Эльса сдавала отчёты по выполненным делам, чтобы перекинуться парой слов с Азгурвальд. Я записывала, чтобы ничего не упустить, но этот пеплов эльф за семь дней ни разу не повторился в своих афоризмах!

Вот мои любимые, записанные мною за ту неделю: лучше лук в руках, чем меч в голове; магия — не клад, а уборка в старом сундуке; не тот силён, кто под луной пляшет, а кто утром без похмелья встаёт; ума палата, да ключ потерян; от рaбoты дохнут кони, а маги — крепнут; двa caпoгa пaрa, oбa лeвыe— последнюю он ворчливо изрёк, адресовав её нам с Эльсой.

Тогда мы явились к нему в кабинет — промокшие насквозь, словно половые тряпки, с волосами, слипшимися на висках и поникшими плечами. Несколько часов назад Эльсе почему-то поручили одно из тех дел, которые обычно оставляют новичкам в Магистрате: расспросить русалку, хозяйку Капрейского канала.