Книга Развод: Я стала другой, страница 59 – Сур Шамс

* * *

Через несколько дней жизнь начала обретать новую форму. Уже не казалось, что каждое утро — это борьба, а вечер — очередная тревожная глава в бесконечной истории выживания. Вещи постепенно находили свои места, а сердце начинало верить, что теперь всё будет иначе.

Михаил, как всегда, был рядом. Надёжный, терпеливый, с той бесконечной заботой, которая всегда согревала. Даже когда усталость наваливалась, он продолжал помогать, укладывал вещи в коробки, шутил, чтобы разрядить обстановку, обнимал, когда видел, что в глазах снова появляется тень.

Дети, напротив, фонтанировали энергией. Им казалось, что это всё — приключение. Новый переезд, новые стены, новые возможности. Они бегали по квартире, смеялись, наперебой обсуждали, кто где будет спать, и даже спорили, какие игрушки поедут в первой очереди. Их радость была заразительной, и, несмотря на усталость, внутри всё теплом разливалось.

И вот, когда показалось, что кошмар остался позади, всё рухнуло.

Вечер был тёплым, уютным. На кухне пахло чаем и выпечкой, за окном уже опустился сумрак. Михаил с детьми что-то обсуждали, их голоса перемешивались со звуками посуды. В этом был какой-то особенный, семейный ритм, от которого на душе становилось спокойно.

А потом раздался стук в дверь.

Глухой, уверенный. Не робкий, не случайный — требовательный.

Я вздрогнула. Пальцы сами собой крепче сжали чашку, холод прошёлся по спине. В груди сжалось нехорошее предчувствие, хотя разум ещё пытался убеждать, что это просто глупости.

Осторожно подошла к двери, открыла.

На пороге стоял мужчина.

Строгий костюм, безукоризненно выглаженный. Лицо — будто высечено из камня, резкие черты, напряжённая линия губ. И глаза… Эти глаза сразу же врезались в сознание. В них не было ни злобы, ни страха, ни раздражения — только стальная решимость и что-то ещё, непонятное, давящее.

— Екатерина Андреевна? — голос ровный, спокойный, но в этом спокойствии было что-то невыносимо тяжёлое. — Мне нужно с вами поговорить. Это срочно. Вопрос жизни и смерти.

Сердце сжалось, будто его обхватили ледяными пальцами. Дыхание сбилось.

— Кто вы? — вопрос вырвался сам собой, но внутри уже начинала разгораться тревога. Что-то было не так. Кто этот человек? Почему смотрит на меня так, будто сейчас скажет что-то, что изменит всё?

Он не ответил сразу. Лицо оставалось непроницаемым, но что-то в глазах подрагивало — сомнение? Или он просто не знал, как сказать? Наконец, выдохнув, он заговорил:

— Я представитель службы безопасности. Мы получили информацию о возможной угрозе вашей семье. Вам нужно немедленно покинуть город.

Кажется, воздух вокруг стал гуще. Всё тело напряглось, сердце пропустило удар. В голове закрутилась карусель мыслей. Опять? Снова угроза? Почему? За что?

— Что за угроза? — голос дрожал, но я пыталась взять себя в руки. Спокойствие. Главное — спокойствие.

Он посмотрел прямо мне в глаза и сказал без тени сомнения:

— Дмитрий нашёл способ организовать побег из тюрьмы. — Эти слова были как удар под дых. — И он собирается использовать вас, чтобы отомстить.

Словно чья-то холодная рука сжала моё сердце. Я буквально почувствовала, как внутри всё сжимается от ужаса. Дмитрий. Этот человек из прошлого. Чудовище, с которым я надеялась больше никогда не сталкиваться. И теперь он снова рядом. Снова угрожает.