Книга Волчья ягода, страница 88 – Екатерина Мордвинцева

— Может, потому что я перевёртыш. Я чувствую в тебе своё.

— Может быть.

Он обнял меня, и мы стояли так посреди леса, под луной.

— Поехали домой, — сказал он. — Холодно.

— Давай.

Домой — в его апартаменты. Мы вернулись за полночь. Было тихо, темно, только луна светила сквозь шторы.

— Ложись спать, — сказал Вадим. — Я на диване.

— Нет, — сказала я. — Сегодня мы спим вместе.

— Виктория...

— Без секса, — перебила я. — Просто рядом. Я хочу чувствовать тебя.

Он посмотрел на меня долгим взглядом. Потом кивнул.

— Хорошо.

Мы легли на его кровать. Я сняла джинсы и свитер, осталась в футболке и трусах. Он — в одних боксерах.

В кровати было тепло. Мы лежали на боку, лицом друг к другу. Я чувствовала его дыхание на своих губах.

— Расскажи что-нибудь, — попросила я.

— О чём?

— О том, что ты любишь. Кроме меня.

Он усмехнулся.

— Ты в начале списка.

— А потом?

— Потом... лес. Тишина. Звёзды. Когда я в лесу один, я чувствую себя свободным. Как будто нет обязанностей, нет долга, нет прошлого.

— А в городе?

— В городе я чувствую себя чужим. Люди, машины, вечная суета. Это не моя стихия.

— Но ты живёшь в городе.

— Потому что так нужно. Для работы, для защиты.

— А если бы не нужно было? Ты бы жил в лесу?

— Возможно. В избушке, с печкой, с собакой. — Он улыбнулся.

— С волчицей, — поправила я.

— С тобой, — сказал он. — Ты бы поехала со мной?

— В лес? В избушку без удобств?

— А что? Ты художница. Рисовала бы лес, зверей, меня.

— С голого? — усмехнулась я.

— Можешь одевать меня мысленно.

Мы рассмеялись. Потом он притянул меня ближе, и я уткнулась носом в его шею. Он пах лесом и дождём.

— Вадим, — прошептала я.

— Мм?

— Я люблю тебя.

— Я тоже.

Он поцеловал меня в макушку, и я закрыла глаза. Сон накрыл меня мягкой волной.

Я проснулась от того, что он целовал моё плечо.

Нежно, медленно, проводя губами от шеи к ключице. Я замерла, боясь спугнуть этот момент.

— Ты не спишь, — сказал он, заметив, что я открыла глаза.

— Теперь нет.

— Прости, разбудил. — Он отстранился.

— Не извиняйся. Мне понравилось.

Он посмотрел на меня. В полумраке его глаза казались почти чёрными.

— Я хочу тебя, — сказал он. — Очень. Но я обещал не торопиться.

— Я знаю.

— Это трудно.

— Я знаю.

Он взял мою руку, приложил к своей груди. Сердце колотилось — часто, сильно.

— Чувствуешь? — спросил он.

— Да.

— Это из-за тебя.

— Я знаю.

Я придвинулась ближе, поцеловала его в уголок губ — как он когда-то. Он ответил.

Поцелуй был долгим, глубоким, но не переходил границу. Мы целовались, обнимались, касались друг друга, но не шли дальше. Это было мучительно и прекрасно одновременно.

— Остановись, — прошептал он, отрываясь. — Пожалуйста. Иначе я не смогу.

— Хорошо.

Я легла на спину, уставилась в потолок. Он лежал рядом, тяжело дыша.

— Ты издеваешься надо мной, — сказал он.

— Нет. Просто я хочу тебя не меньше.

— Тогда зачем мы мучаем друг друга?

— Потому что ты сказал — подождать. Я жду.

Он повернулся ко мне.

— Ты невыносима.

— Я знаю.

Он обнял меня, прижал к себе.

— Спи, — сказал он. — Иначе я сойду с ума.

Я закрыла глаза. Но спать не хотелось. Хотелось быть с ним, чувствовать его, слушать его дыхание.

Мы пролежали так до утра — не сомкнув глаз, держась за руки.

Утром я проснулась от того, что Вадим встал с кровати.

— Кофе? — сонно спросила я.