Книга Светлая любовь Темного Лорда, страница 131 – Константин Фрес

— А как ты собираешься повелевать, если не чувствуешь Золотой стрелы? — насмешливо ответил он.

Его слова всегда полны злого, колкого, высокомерного смеха.

Он смотрит на меня не уважительнее, чем на лесную козявку у своих ног.

Высокомерно и снисходительно.

Но все равно подчиняется.

— Чтобы Золотые стрелы попали в назначенные им цели, — туманно пояснил Древнейший, — ты должна ими повелевать. Мало силы и умения рук — нужно, чтоб стрелы тебя слушались. Держи ее почаще в своих руках, эту стрелу. Дай ей понять, что твои руки решительны. Спрячь там, откуда легко достать.

Он снова гадко, издеваясь, улыбнулся.

Легко ему говорить. А как я дам понять стреле, что я настроена решительно?

— Мы поедем верхом, а вы как же? — спросил у Древнейшего Альфсол. — Успеете ли пешком?

Черноликий усмехнулся.

— Это ты успеешь ли за нами верхом, — ответил он. — Разве всадник может ускользнуть от надвигающейся ночи? Это ты поспел бы за нами, юный князь Альфсол.

Альфсол смолчал.

Но ему очень, очень не нравилось, что Древнейший над ним насмехается и дразнит…

Итак, мы выехали.

Князь Альфсол несся впереди, я вслед за ним на олене. А Древнейшие, обратившись в холодную черную мглу, следовали за нами.

Как будто время повернулось вспять, и зима снова вошла в силу.

Солнце раньше село, скрылось в черных тучах. Землю сковал лютый холод, в лица нам бил ледяной ветер с мелким колючим снегом, и мы въехали в город уже темной ночью, спешно отыскивая себе ночлег.

Князь Альфсол нашел приличную таверну, где сдавали комнаты. Хозяин чуть ли не на брюхе ползал перед Темным, готовый облобызать его сапоги.

Продрогших наших животных устроили на конюшне, дав им питья, сена и зерна.

А мы, покуда наши комнаты готовились для таких высоких гостей, устроились в зале.

Это не очень-то способствовало веселью.

Немудреная музыка, игравшая тут, как-то неуверенно сбилась с ритма и заглохла.

Люди стали воровато оглядываться, испуганно коситься на Альфсола. После утыкались в свою еду, втянув головы в плечи, и сидели тихо-тихо.

На меня ж такого внимания не обращали.

Служанка эльфа, что с меня взять. Подневольный Осенний Цветок.

Когда были готовы комнаты, Альфсол подошел ко мне.

— Нужно идти спать, — сказал он. — Завтра в путь с самого утра.

— Я еще посижу, — ответила я. Откровенно говоря, мне ужасно хотелось расслабиться, погреться у огня и отведать человеческого хлеба, по вкусу которого я так скучала.

— Тут подозрительные люди, — заметил Альфсол, склонившись к моему плечу. — Они могут навредит вам, Темная Дева.

— Ну, а я тут на что? — усмехнулся вдруг Древнейший. Его лик на мгновение проступил из окутывающего нас полумрака и снова исчез, растворился, обратившись в дымную тонкую тень. — Я всегда здесь. Не бойся, юный князь. Спи спокойно. Я прослежу за этими людьми.

Альфсол послушался и ушел.

После его ухода люди оживились. Разговоры потекли веселее и смелее, снова заиграла немудреная музыка.

И хозяин заведения, подобострастно кланяясь, принес мне чашку с похлебкой и краюху хлеба, за что получил монетку.

Наверное, эта монетка так раззадорила людей.

Я вдруг обнаружила, что все на меня оглядываются, пялятся, заглядывая мне в рот. Я чуть куском не подавилась!

А ко мне вдруг с обоих сторон на лавку подсели мои родители!