Книга Смерть накануне свадьбы, страница 3 – Фиона Литч

Я бы туда вообще не сунулась, но мы с Дейзи обитали в нашем новом жилище четвертый день, и от сидения на маминых старых садовых стульях у нас уже буквально задницы отваливались, так что я, проходя мимо, все-таки зашла.

С тех пор как я была тут в прошлый раз, мало что изменилось. Да что там — с самого первого визита, лет сорок назад, почти ничего не изменилось. Однако, к моему большому удивлению, ассортимент в отделе мебели немного обновили, и, похоже, пару-тройку диванчиков придумали после падения Берлинской стены, а не до ее возведения, как все остальное.

Я с облегчением плюхнулась на огромный мягкий диван, с удовольствием погладила обивку и потянулась к ценнику. При виде цифр у меня перехватило дыхание от ужаса, и я, кажется, проглотила незадачливую муху, пролетавшую мимо, но слова «Доставка на следующий день!» возымели немедленный успокаивающий эффект.

Я встала, чтобы рассмотреть диван получше, и вздрогнула — по залу раскатился чей-то голос.

— О боже, Не-суй-свой-нос Паркер! Это ты, что ли?

Я обернулась, и без того зная, кто это. Тони Пенхалигон, правнук самого мистера Пенхалигона, одноклассник и когда-то почти бойфренд (мы встречались две недели в 1994-м, держались за руки, целовались, но без… ээ… языка), стоял передо мной и улыбался во весь рот. Как и его семейный магазин, сам Тони за эти сорок лет почти не изменился. На меня вновь смотрел тот противный, сопливый мальчуган, за одну парту с которым миссис Хобсон усадила меня в первый день учебы в школе. Но он был добрым малым, и видеть знакомое лицо было приятно.

Я пригляделась повнимательнее — погодите-ка, а он ведь и правда изменился.

Когда я видела его последний раз в одну из поездок к маме, он щеголял классическим пивным животиком, результатом бесчисленных кружек пенного и мясных пирогов. Но теперь пуза не было и в помине, и выглядел Тони вполне подтянуто. Вместо белой футболки-поло и мятых черных штанов — нелепой униформы продавцов во всех крупных магазинах — на нем был строгий костюм, хорошо сшитый и явно дорогой. Где-то в глубине сознания тихий голос успел заметить: «Вот сейчас бы я ему с языком точно разрешила», прежде чем я заткнула его внутренним испепеляющим взглядом.

— Давненько мы не виделись, Тони. С тех пор…

— С Нового года, три года назад.

Я рассмеялась:

— У тебя отличная память.

— С тех пор ничего более интересного здесь не произошло. Ты как, сдержала свое новогоднее обещание?

— Это было первое Рождество после расставания с Ричардом, — ответила я. — Думаю, я тогда спьяну надавала кучу обещаний.

Тони усмехнулся:

— Ну, как минимум парочку. Надеюсь, ты выполнила главное: «Держаться подальше от идиотов»?

— О, этому правилу я теперь следую очень строго. А ты что пообещал себе тогда?

Он покачал головой:

— Я свои никогда не озвучиваю. Зато никто не знает, сдержал я их или нет.

— И как?

— Нет. Но теперь это неважно. А ты чего здесь? К матери приехала? Слышал, она болела.

— Покупаю диван, — ответила я.

— Ты же в курсе, что мы в Лондон не доставляем?

— Тем лучше, потому что я больше там не живу.

Он удивленно поднял брови:

— С каких пор? Вернулась, что ли?

— Ага.

Видно было, что ему не терпится расспросить меня поподробнее, но он боится переборщить и упустить свою выручку. К тому же он понимал: раз уж я вернулась, рано или поздно он все и так выпытает.