Книга Смерть накануне свадьбы, страница 80 – Фиона Литч

Вошли Бренда и Малкольм — с улыбками облегчения, следом Каллум и Дебби. Тони был рад их видеть, но немного ошарашен таким нашествием.

— Чай, — твердо сказала я. — Давайте-ка пить чай. Я оставила их всех рассаживаться и болтать, а сама пошла на кухню.

Как только я взяла чайник, раздался короткий сигнал телефона. Уитерс.

«Брюки Тони покрыты собачьей шерстью (как ты и сказала). Следов крови нет, так что доказательств для обвинения или задержания недостаточно. Довольна теперь?? Н. У.»

На краткий миг я ощутила триумф. Уитерс признал мою правоту, у меня есть письменное доказательство, и я никогда его не удалю. А «Н. У.»? Интересно, как его зовут? Нил? Найджел? Умоляю, только не Найджел.

Я подняла глаза и увидела, что на меня с любопытством смотрит Тони. Я убрала телефон:

— Ничего интересного. Я собиралась заварить чай.

Он улыбнулся:

— Я сам. Просто хотел уйти от всей этой толпы. Это мило, что они пришли, но…

— Немного чересчур, когда все сразу.

Он кивнул:

— Именно.

Тони взял у меня чайник и подставил его под кран. Выглядел он совершенно измотанным и даже чуть покачнулся, так что я коснулась его руки, чтобы удержать.

— Ты выжат как лимон, — сказала я. — Когда ты вообще в последний раз ел?

— Не знаю. Там кормили, но я не мог даже притронуться. — У него в желудке громко заурчало.

— Если бы я знала, принесла бы тебе колбаску. — Он посмотрел на меня, и мы оба начали неудержимо хихикать.

— Спорим, ты всем парням это говоришь, — произнес он, задыхаясь от смеха. — Я ведь видел твой фургон.

От этих слов я засмеялась еще громче, и вскоре мы уже держались друг за друга, чтобы не упасть.

— Ой, хватит, хватит! — вскрикнула я, все еще смеясь.

— У вас все в порядке? — Бренда стояла в дверях и улыбалась.

Тони кивнул, но говорить в тот момент явно не мог.

Мы наконец успокоились, хотя время от времени достаточно было взглянуть друг на друга — и мы снова начинали истерически хохотать. Мы с Брендой отнесли чай в гостиную, а Тони достал пачку печенья и почти в одиночку ее уничтожил.

— Ну и что теперь? — спросил он. Под глазами у него были тени, ему давно пора было побриться, но выглядел он уже куда бодрее.

— Что теперь? — сказала Бренда. — Теперь ты сиди здесь и жди, пока полиция найдет настоящего убийцу.

— И пока найдется Шерил, — добавил Каллум.

— Тебе бы вздремнуть, — сказала Дебби.

Тони покачал головой:

— Все будет нормально после душа. Просто мне нужно чем-то заняться.

Я бы не стала его отговаривать; я тоже не находила себе места, когда он сидел за решеткой. Но я не была уверена, стоит ли делиться с ним всеми своими выводами — ну ладно, подозрениями и дикими догадками. Станет ли ему от этого легче?

Будто читая мои мысли, он сказал:

— Худшее — это неизвестность. Я не знаю, жива Шерил или нет. Не знаю, ушла она сама или ее похитили. Не знаю, злиться мне, или страдать, или горевать. Я просто хочу знать, что мне чувствовать.

Я должна была рассказать ему все, что знала, или думала, что знала. Но не сейчас.

— Может, сначала ты примешь душ, — сказала я, — а потом устроим еще один «военный совет».

* * *

Пятнадцать минут спустя он сидел перед нами — гладко выбритый, пахнущий куда приятнее, чем раньше, в чистой футболке и шортах-карго и с кружкой чая в руках. Он начинал походить на себя прежнего.