Книга Проклятие Золотого города, страница 3 – Тай Хоу

Юнь Шэнли тяжело вздохнул и поправил рукава своего одеяния. Слишком долго он простоял на коленях, выслушивая полные негодования и разочарования речи императора. Отец как мог защищал его, но гнев владыки Великой Ся разросся до таких масштабов, что талантливый и подающий надежды сын верховного цензора в одно мгновение превратился в неуклюжего, не заслуживающего доверия мальчишку. И все из-за того, что Юнь Шэнли нарушил давний негласный договор, о котором знали лишь «избранные»! Подпольная арена и бордель госпожи Фу хоть и нелегально, но все-таки приносили неплохой доход некоторым людям, однако поднятый Юнь Шэнли шум привлек лишнее внимание не только к этим двум заведениям, но и к тем, кто их «покрывал». Недовольство среди знати росло, что заставило императора усомниться в действиях и методах расследования молодого главы.

И хотя правитель сам понимал, что Юнь Шэнли поступил правильно, по закону, однако не мог сдержать гнева и недовольства. Мальчишка влез куда не следовало и перешел дорогу не тем людям – пусть теперь пожинает плоды своей беспечности.

— Конечно, он не будет доволен, – произнес Юнь Шэнли, сдерживая раздражение. – Мы же не поймали преступника, о котором он не беспокоился целое десятилетие! Император выслушал доклад о расследовании дела Чэнь Цзюня, выслушал и… выбросил. Выбросил! Как что-то, не стоящее его внимания. Всем ясно, что ему нужен был глава Ордена Полуночников, а не мелкая сошка. Но, не поймай мы эту сошку, не узнали бы и тех крох, что известны нам сейчас!

— Глава… – Чжи Хань хотел что-то сказать, но вовремя остановился, понимая, что только подольет масла в огонь. – Давайте вернемся в Ведомство. Здесь не место для таких разговоров. Вы же не сказали об этом самому императору? – Чжи Хань не то чтобы переживал о Юнь Шэнли… Просто если их глава сказал что-то подобное самому Сыну Неба, их Ведомство пойдет ко дну вместе с тем, кто им управляет. Вслед за Юнь Шэнли впадать в немилость и прощаться с жизнью он не хотел. Столько лет он кланялся в ноги всем, от дворцовых евнухов до министров, столько лет лебезил и носил подарки, желая получить должность получше, – все это было не для того, чтобы вот так просто лишиться головы из-за чужих ошибок!

Юнь Шэнли едва сдержал гнев. Они сделали все, что могли. Поймали преступника, раскрыли дело, и не одно… но этого оказалось недостаточно.

— Чжи Хань, я похож на смертника?

— После вашей выходки на подпольной арене я ничему не удивлюсь.

Император и отец столько отчитывали его за безрассудство, что после того же самого упрека от собственного подчиненного Юнь Шэнли передернуло, и он, не сказав ни слова, отвернулся.

Только все трое собрались двинуться в путь, как их остановили, но теперь это был не главный евнух. Совсем рядом с залом послышался юношеский, почти детский голос:

— Шэнли-гэ! Подожди!

Юнь Шэнли обернулся и пожалел, что сделал это. Захотелось немедленно провалиться сквозь землю и исчезнуть, исполнив тем самым волю множества придворных, питавших к нему не самые теплые чувства.

— Опять этот надоедливый мальчишка! – прошептал он. Сунь Юань, увидев спешащего к ним юношу в богатых одеяниях, недоуменно спросил у заместителя Чжи:

— А кто этот юный господин?

— Это Ся Ваньба^[3] – наследный принц Великой Ся. Быстро поклонись! Если именно он станет императором, наши жалкие чиновничьи жизни будут зависеть от одного его слова…