Книга Проклятие Золотого города, страница 76 – Тай Хоу

— Тайцзы, вы не так поняли меня… – Ученый Лю низко опустил голову.

— Тебя послушать – так я вообще никогда ничего не понимаю. Наши занятия начинаются с первым криком петуха и длятся до того момента, пока этого самого петуха мне не подадут поздним вечером на ужин. Признаюсь, проводить столько времени за учебой, да еще и под вашим руководством… утомительно.

Учитель Лю никак не отреагировал, ни одна мышца на его лице не дрогнула, и даже глаза остались спокойными.

«Вот это выдержка!» – пронеслось в голове Юнь Шэнли. Сам же он не без злорадства частенько прикидывал, какое из наказаний Ведомства способно превратить Ся Ваньба в человека, достойного своего титула.

— Наследный принц, почему бы вам не брать пример с наставника? Он намного спокойнее, чем я, и знает больше, разве не так?

— Почему ты сравниваешь себя и его?!

На деле это было не сравнение, а стремление перетянуть внимание Ся Ваньба на другого человека, но вздорный наследник просто так не отстанет, как его ни уговаривай, это глава знал наверняка.

Тут в покои наследного принца зашел слуга, за которым стоял низкий загорелый мужчина, и доложил:

— Этот ничтожный привел рабочего с кухни, как вы и просили.

Оказавшись лицом к лицу с такими важными людьми, простой рабочий побледнел и весь затрясся от благоговейного страха, отвешивая глубокий поклон едва ли не до пола:

— Я… Я…

Юнь Шэнли поднялся и подошел к нему, тем самым еще больше пугая.

— Не бойся, тебя не собираются наказывать.

Услышав это, слуга чуть расслабился, но глаз так и не поднял. Его выдернули с кухни со словами о том, что его ждет наследный принц, а это могло значить лишь одно – смерть.

— Расскажи о Тао Мэйчжоу, – приказал Юнь Шэнли.

— Госпожа Тао… Она… Она хорошая женщина… Ее весь двор ценит за поварское мастерство…

Юнь Шэнли крепко сжал его плечо, чуть повышая голос:

— Это так чудесно! Неужели у нее совсем никаких недостатков нет? А ведь сын ее нездоров, верно?

Слуга поднял голову и случайно столкнулся с угрожающим, темным взглядом Ся Ваньба, который будто бы желал испепелить слугу на месте.

— А, и-иногда она ведет себя стра-а-а-анно, – заикаясь, начал тот. – С-сын у нее часто болеет. Говорят, у-умом слаб, и она долгие годы лечила его, т-то и дело уезжая из столицы. Когда ребенку стало лучше, о-они вдвоем вернулись в Цзиньчэн, но Тао Мэйчжоу почти не выпускает сына из дома. Умом м-мальчишка не блещет, хотя ему уже немало лет, вот и…

Юнь Шэнли задался вопросом: где еще можно было лечить сына, кроме как в столице, где по определению живут и работают лучшие лекари? Разве что женщина знала о каком-нибудь чудесном целителе, живущем высоко в горах?

— Замечал ли еще что-нибудь необычное?

Слуга, бледнея пуще прежнего, выдавил:

— Господин, не замечал! Только ее чрезмерную любовь к сыну!

— Но говорит она иначе, чем остальные, верно?

Рабочий тыльной стороной ладони вытер капельки пота со лба.

— Из-за болезни сына она жила на юге, не помню, где именно, поэтому переняла говор от местных жителей.

Юнь Шэнли задумался. Непривычный диалект… Он должен был выяснить, где именно лечила сына Тао Мэйчжоу.

— Совсем не помнишь? Хорошенько подумай, вдруг что придет в голову.

— Она… Она не говорила, в к-к-каком городе была, но рассказывала, что сына лечила в каком-то храме!