Книга Хроники Ведомства наказаний, страница 61 – Тай Хоу

«Давний друг» усмехнулся, подняв чашу в его честь, и сделал новый глоток с каким-то праздным удовольствием, которое всегда удивляло Юнь Шэнли.

Лэйчэн был его ровесником, но по характеру и взглядам на жизнь отличался, казалось, во всем. Когда-то, наивными юношами, они вместе сдавали государственный экзамен, мечтая о будущем. Юнь Шэнли, строгий к себе и другим, ночами изводил себя учебой, готовясь к экзамену, как к решающей битве, где у него не было права на ошибку. Лэйчэн же относился ко всему проще, презирая необходимость угождать строгим экзаменаторам и обществу.

В день экзамена Лэйчэн появился в зале с небрежной улыбкой и, к ужасу наставников, прямо во время испытания открыл флягу с вином, которую пронес тайком.

Одной из самых сложных частей экзамена считалось сочинение. Кандидатам в чиновники давали тему, которая обычно касалась конфуцианских принципов управления, морали или государственной службы. Необходимо было продемонстрировать идеальное владение стилем и логикой, а также умение рассуждать с точки зрения этики. Вместо того чтобы написать сочинение о добродетели и служении обществу, Лэйчэн исписал листы рассуждениями о том, как прекрасно ощущать свободу, как мало значат для него правила и как ничто не может заставить его быть кем-то, кем он не хочет быть. Он пил, смеялся, и его глаза светились задором, который был скорее вызовом системе государственного управления, чем глупой беспечностью избалованного молодого господина.

Его сочинение, насыщенное дерзкими и хлесткими выражениями, привело экзаменаторов в ужас. В тот день они изгнали его из зала, а отец Лэйчэна, узнав о произошедшем, едва не проклял сына. Но сам Лэйчэн, казалось, был вполне доволен собой. Он ушел с улыбкой, восприняв поражение как еще один повод повеселиться, а затем утонул в вине и развлечениях. После этого он перестал стараться что-либо кому-либо доказать и начал жить так, как ему хотелось, позабыв мечты о карьере и служении государству.

После провала на экзамене Лэйчэн быстро приобрел репутацию гуляки и праздного весельчака. Поговаривали, что с тех пор он посещал все самые злачные места города: его можно было встретить в шумных тавернах, в домах радости и даже на черном рынке, где он с азартом играл в кости с мелкими преступниками. Но, несмотря на свое поведение, он обладал умом и хитростью, которые позволяли ему сохранять определенный уровень уважения среди тех, кто мог протянуть руку помощи в непростой ситуации.

— Ну что ты все такой надутый, словно жизнь тебя обидела! – поддразнил Лэйчэн, усмехаясь. – Когда ты сдавал экзамен, даже экзаменаторы испугались твоего мрачного взгляда и только из-за этого поставили самые высокие оценки!

Юнь Шэнли пожал плечами, оценивающе глядя на друга:

— А на твоем лице написано, почему ты его не сдал. Ты притащил вино и распил его, а вместо того чтобы написать сочинение о благодетельности, хихикал, икал и рассказывал в своей работе, как тебе хорошо. Никто не мешал тебе сдать экзамен, кроме тебя самого.

— Да я и не хотел его сдавать, если честно. – Лэйчэн ухмыльнулся. – Мой отец настаивал на получении должности. Видел бы ты его лицо, когда он узнал, что меня выгнали прямо из зала!

— Могу представить, – с легкой усмешкой ответил Юнь Шэнли.