Книга Смерть на Кикладах. Сборник детективов №5, страница 120 – Сергей Изуграфов

— То есть, отпечатки пальцев… — проговорил старший инспектор.

— Совершенно верно, — кивнул генерал. — Тоже часть программы по защите свидетелей, как и изменение внешности. Руки обрабатываются специальным составом, и рисунок папилляров смазывается, они на некоторое время словно «запекаются». Поэтому-то ваши эксперты и не смогли обнаружить ни одного четкого отпечатка пальца Малавольи в его номере.

— С самого начала я исходил из неверной посылки, — мучительно покраснев, признал Антонидис. — Я считал, что это одно преступление. Теперь я понимаю, что это два разных, просто они совпали по времени. Коломбо и Маттео прибыли на Наксос с целью захватить и привезти на Сицилию предателя Фальконе, чтобы мафия могла судить его и приговорить к показательной и мучительной казни, или ликвидировать на месте, если вывезти с острова его не удастся. Но тот почувствовал слежку и скрылся до того, как его преследователи заявились на виллу, после чего сам явился в полицию, чтобы сдаться Интерполу, опасаясь за жизнь жены. После того, как были мобилизованы силы правопорядка, а на острове введен режим усиленного контроля и досмотра, боевики попытались скрыться, захватив «Афину», но получили отпор.

— Хорошо, — удовлетворенно кивнул генерал. — С ними все ясно. По нашим каналам мы немедленно все сообщим в Рим. Начнем готовить сопроводительные документы для итальянских коллег. Думаю, уже послезавтра на остров прибудут карабинеры за нашими «красавцами». Старший инспектор, организуйте, пожалуйста, процедуру передачи наших «гостей», а мы со своей стороны проконтролируем, чтобы они покинули территорию Греческой Республики и никогда больше на ней не появлялись! Что касается Малавольи и его жены, мы уже получили на их счет инструкции из штаб-квартиры Интерпола в Лионе. Завтра за ними прилетит вертолет. Дальнейшая их судьба, по понятным причинам, будет скрыта даже от нас. Спасибо за доклад, старший инспектор, присядьте пожалуйста. Теперь по убийству Пабло Гарсия-и-Фернандес, капитан Смолев, доложите ваши соображения! Можно сидя.

Алекс кивнул. Он достал из лежащей перед ним на столе кожаной папки несколько скрепленных степлером исписанных листов и положил перед собой. Старший инспектор впился в них глазами, но промолчал. Он раскрыл блокнот на чистой странице и приготовился записывать.

— С самого начала, — сказал Смолев, — действия преступника навели меня на следующие соображения. Первое: этот человек знал виллу, отлично на ней ориентировался, даже ночью, имел доступ к ключам на ресепшн, — следовательно, это был кто-то из жильцов или работников виллы. Второе: это был профессиональный убийца, работающий под заказ. Об этом свидетельствуют характер ран жертвы и почерк киллера. Третье: это был отличный стрелок, чрезвычайно меткий. Несмотря на то, что стрельба была в темноте, две пули попали в сердце на расстоянии всего нескольких миллиметров одна от другой. Четвертое: это был человек, который находился в контакте с убитым музыкантом, достаточно тесном контакте, чтобы заманить его ночью в амфитеатр, не вызвав подозрений. Кроме работников «Афродиты» и самого Пабло на вилле в этот вечер находились лишь супруги Малаволья и сестры Викстрём. У всех остальных гостей виллы, остававшихся на Наксосе в тот вечер, включая студентов, пани Шиманскую, Рикардо Висконти и пару франкоговорящих музыкантов из Канады, — на этот вечер есть алиби. Поскольку младшая сестра Викстрём пострадала во время нападения, я исключил ее из числа подозреваемых. Малаволья сбежал. Жена его не была знакома с испанцем, да и весь вечер она занималась поисками мужа. Остается Урсула Викстрём. Поэтому я и запросил через Интерпол ее подробную биографию.