Книга Смерть на Кикладах. Сборник детективов №5, страница 124 – Сергей Изуграфов

«Accuse Miguel Himenez of stealing music belonged to Anhel Garsia. Miguel Himenez is a thief and a murderer»^[46]

— Черт возьми! — не выдержал старший инспектор. — Великолепно! Потрясающе! Но как вы догадались? И кто такие эти Мигель Хименес и Анхель Гарсия? При чем здесь музыка? И почему Хименес убийца? Если это написал Пабло, преступление еще не произошло, что он имел в виду?

— И снова вы задаете абсолютно верные вопросы, старший инспектор, — похвалил Смолев, передавая полицейскому два исписанных от руки листа, скрепленные степлером. — Самому мне было бы достаточно сложно понять, что именно здесь написано, но мне снова помогли. Это собственноручные показания сестры убитого, Исабель. Здесь подробно изложена история семьи Гарсия-и-Фернандес. Оказывается, прадед убитого, тот самый Анхель Гарсия, указанный в записке, в свое время создал несколько гениальных произведений для шестиструнной гитары. Но этот архив был утерян во время гражданской войны. Дед Пабло, Диего, перед смертью завещал внуку отыскать этот архив. Пабло, видимо, был уверен, что архив каким-то образом попал в руки Хименеса, и тот выдал произведения Анхеля Гарсия за свои. Вот и все. Плагиат чистой воды. А вот и заключение профессионального музыковеда, которое также подтверждает этот факт, — Алекс передал начальнику криминальной полиции еще один документ. — По моей просьбе Анна Крылова провела музыковедческую экспертизу. Мы сравнили ноты произведения, что играл Пабло на концерте, с произведениями Хименеса. Заключение однозначное: по стилю, образности, манере, музыкальным решениям и характеру, — это написал один и тот же человек, Анхель Гарсия. Вероятность более девяноста процентов. Кстати, видимо, это и была основная причина, почему Пабло согласился на мое предложение приехать на Наксос: он знал о предстоящем гитарном фестивале на соседнем Паросе, посвященном юбилею Хименеса. Именно его рекламный плакат он, не сдержавшись, порвал в сердцах в информационном центре для туристов в первый же вечер своего пребывания на Наксосе. И еще один очень важный факт, который сообщила мне моя управляющая: она считает, что в первый вечер открытия фестиваля она видела рассерженного и расстроенного Пабло, выходящим из-за кулис. Все это укладывается в единую картину и говорит о том, что Пабло приехал на Киклады добиться справедливости и потребовать от Хименеса, чтобы тот восстановил справедливость, признав авторство Анхеля Гарсия. Но, видимо, они не договорились.

— Но почему Пабло считал Хименеса убийцей? — недоуменно спросил Антонидис. — О каком убийстве, собственно, здесь идет речь?

— Исабель рассказала, что их дед Диего умер от инфаркта после того, как услышал по радио музыку своего отца, ту самую, из утерянного архива. Видимо, это был один из первых концертов Хименеса. Сердце старика не выдержало, и через три дня он скончался. Получается, что Пабло винил в смерти деда именно Хименеса, называя его убийцей. Но так вышло, что Пабло оказался прав снова. Хименес и стал заказчиком убийства, на этот раз уже самого Пабло.

— Совершенно верно, — подключился генерал. — Мы проверили движения средств по международным банковским счетам композитора. За два дня до убийства он перевел из мадридского отделения Ситибанка на Парос сумму в тридцать тысяч евро. Пятнадцать тысяч из них он обналичил в тот же день. Очевидно, что это был аванс за убийство. Вторую половину, судя по всему, он должен был вручить убийце после выполнения работы.