Книга Главный герой становится Злодеем, страница 151 – Ли Лит

Ан Ханьсюй мотнул головой. Пора возвращаться.

Испуг… не его.

Прислушался к себе. И не отыскал нити связи. Снова попытался отыскать. Вот! Почти ухватился, выскользнули.

Сжав челюсть, Ан Ханьсюй направился к горе Е, только вот всё пропало в миг в темноте.

Распахнул глаза. Лежал. Слабость в теле не давала подняться. Ан Ханьсюй с трудом сел и тяжело задышал. Словно снова оказался в подземелье, первые уроки, безжалостные удары, слабые барьеры, рассыпающиеся сразу. Тело помнило удары духовными силами. Их ни с чем не спутать.

Во рту образовался ком, он отдавал солёным. Проглотив и выдохнув через приоткрытые губы, Ан Ханьсюй встал. Пошатнулся, благо успел меч уткнуть в землю и на него опереться.

Тяжёлое дыхание срывалось с губ.

Это не принадлежало ему. Тренировка не могла забрать силы, не было болезней, проклятий, чужое воздействие почувствовал бы сразу.

Выдох утонул в тишине.

Осознал.

Ан Ханьсюй сжал челюсть, прикрыл глаза и сконцентрировался.

Пусто.

Пусто.

Пусто.

Где эти нити?!

Рывком выдернув меч, Ан Ханьсюй направился вперёд, к горе Е.

В голове билось лишь «с ней что-то случилось».

И четверти пути не прошёл. Боль пронзила сердце. Ан Ханьсюй рухнул, скрючиваясь. Боль выжигала внутренности, лишала разума. Глухой стон вырвался сквозь плотно сжатые зубы. Вокруг дрожащей руки завился туман с яркими синими молниями. Ан Ханьсюй прижал руку к груди. Энергия хлынула в сердце, разнеслась по телу за мгновение. Боль стихала. Но Ан Ханьсюй всё равно её ощущал, словно она отступила всего на жалкий шаг, продолжая присутствовать.

Синие молнии в тумане распались до коротких, но частых, заполнив туман.

Ан Ханьсюй так и лежал. В момент поглощения темнотой уловил тень, она присела и мягко прошлась ладонью по его голове. Через силу перевернулся. Рука с знакомым нитями тонких шрамом. Пришла Сяохуа.

Словно вынырнул из толщи воды. Ан Ханьсюй смотрел пустым взглядом на светлеющее небо. Наступало утро.

Так и лежал.

— Пусто, — хрипло прошептал Ан Ханьсюй. Сердце билось в привычном ритм, но тонкие согревающие нити исчезли. Пустота заняла их место.

Руки коснулось холодное.

— Её нет, — прошептал Ан Ханьсюй, мазнув большим пальцем по пальцам Сяохуа. Она лежала рядом.

Тёплое утро не согревало. Холод исходил изнутри.

Нужно идти.

Нужно.

Сел, низко склонив голову и прикрыв на секунду глаза.

Ан Ханьсюй скользнул взглядом возле себя. Меч лежал рядом, Сяохуа лежала на спине и смотре на небо. Её взгляд не был привычно затуманен. В нём отражалось небо.

— Мне нужно идти, — прошептал Ан Ханьсюй. Сжав меч, поднялся. Цель в ослабляющем тумане разума. Ан Ханьсюй шёл, превозмогая сильную слабость. Всего ничего прошёл, обернулся. Сяохуа лежала на боку и смотрела на него.

— … — выдохнул Ан Ханьсюй и повернулся к ней спиной.

Его цель…

Непроницаемы барьер накрыл гору Е. Через него не пройти. Его не разрушить. Через него не просочиться, даже будучи жалкой пылинкой.

Грудь обожгло ненавистью.

Упоением сверкали глаза, сколько же в Сяотин некрытого ликования. Выцепил её на подходе к спальным домикам.

— Что творишь? — возмутилась Сяотин, разворачиваясь лицом к Ан Ханьсюю. Взгляд сразу вцепился в руку, сжимающую меч. Холодное лезвие касалось шеи. — С ума сошёл?

Молчал. Сдерживал себя.

— А, поняла, — Сяотин расплылась в хищной улыбке. — Прискакал отчитывать за исправленную твою ошибку. Дурак ты. Я спасла тебя.