Книга Руководство по спасению: сама придумай, страница 92 – Anastasia Richter

— Я сейчас его наберу и всё выясню.

— Набирай. Никуда уходить не буду, хочу посмотреть в эти лживые глаза. Он же скандалил, что я настраиваю котёнка против него. Тут и настраивать не надо, сам прекрасно справляется.

Френк начал набирать комбинацию на браслете. Один звонок. Второй. Десятый. И ничего — тишина.

— На тебя игнор тоже распространяется? С глаз долой — из сердца вон?

— Лани, это на него очень непохоже. Очень. Может что-то с ним произошло? Он всегда на связи, особенно если Мришель у меня.

— Я видела, на какой он связи. Ты в нём так уверен, а вот я раз за разом вижу только негативный результат от общения с ним.

— Сейчас позвоню коллеге, он связан с безопасностью научных лабораторий. Выясню, может он и на работу не ходит, тогда с ним точно что-то произошло.

На время разговора пошла на кухню и заварила себе бронкс. Вывела меня эта ситуация. Я по своему опыту прекрасно знаю, что дети могут быть ненужными. В таком случае, не стоит принимать участия в их жизни, попутно обвинять их же в своём несчастье или своих неудачах.

Отказываюсь понимать некоторых матерей-одиночек или дамочек, живущих с пьющим и бьющим их мужиком, у которых только одно на уме: «Как-нибудь да будет, ребёнку лучше с мамой; лучше в ужасных условиях и с побоями, но со мной, яжмать; дал бог зайку, даст и лужайку».

Эти выражения — парад безответности. Если твой ребёнок с тобой испытывает голод, холод, побои, ты не в состоянии обеспечить ему элементарные потребности, то, как бы больно ни было, стоит признать, что без такого «прекрасного» фактора, как ты, этому малышу будет лучше.

Да, возможно, это моя однобокая позиция, построена на личном опыте. Но чёрт вас дери, любой ребёнок должен быть счастлив, чтоб он не испытывал ужаса при появлении так называемого родителя.

Малыш должен расти любимым, чтобы его никто не обвинял в своих проблемах. Чтоб его потребности были удовлетворены хотя бы на минимальном уровне. И ещё очень много моих персональных пунктов.

Видимо, именно поэтому я не считала себя созданной для материнства. Да я и сейчас считаю, что, принимая участия в опеке над этими двумя прекрасными детьми, наделаю столько ошибок, что их им придётся разбирать как минимум пол жизни.

Что-то поднакрыло меня со всеми этими историями. Одни расстройства.

Устало зашла к себе, взяла пижаму и отправилась в ванну. Решила, что нужно расслабиться, и душ сейчас совсем не вариант. Включила воду, добавила пену для ванны и задумчиво осмотрелась.

Нет, это не ванна — это какой-то чан.

Не хочу тут сидеть и рефлексировать в одиночестве. Без стука ворвалась в комнату Френка.

— Не хочешь полежать со мной в ванной?

— Хочу.

— Пошли.

Молча потопали, разделись, хесс помог мне собрать гриву, чтобы не намочить. Разместились друг напротив друга — благо, габариты этого сооружения позволяют.

— По заверениям моего коллеги, Майк спокойно ходит на роботу. Значит у него ничего катастрофичного не произошло.

— Печально. Лучше бы произошло.

— Жестокая. — довольно произнёс он с улыбкой. — После работы я к нему заеду. Выясню, что это за интересное поведение.

— Ну-ну. Выясняй. Всё, хватит о нём говорить. У меня совершенно нет желания слышать ещё хоть слово на эту тему.

— Иди ко мне.

Переползаю поближе, и он усаживает меня между ног, спиной облокачивая на себя. С удовольствием откинулась на такую удобную подушку с функцией поддержки.