Книга На всякий случай, страница 15 – Anastasia Richter

За время вынужденного ожидания отвязала ребенка, чтоб немного размял ножки, заставила сделать лёгкую разминку. Затем это чудо притулилось ко мне, всем своим видом выражая, что никуда он от меня деваться не собирается. Ловлю себя на том, что ласково перебираю красные кудряшки, торчащие во все стороны, и машинально тискаю пушистое ушко. Лин, возьми себя в руки, это живой ребёнок, а не домашнее животное, которое можно безнаказанно жмякать. В начале от этой мысли замерла, затем нехотя отстранилась и вновь примотала явно погрустневшее дитя к собаке. Затем всё взвесила и поняла, что при наличии дополнительных рук черного фокса понесут его сокурсники, а значит, я могу сосредоточиться на ребёнке. Только приматывала зря. Решительно прицепила детёныша к себе.

— Двое на подходе к нам.

Спустя минуту после этих слов в наше убежище беззвучно проникли две тени и замерли напротив нас. Пристально рассматриваем друг друга, но ничего не говорим. Краем глаза отмечаю, что парни явно переговариваются друг с другом с помощью жестов, стараясь делать это незаметно. Подумаешь, я всё равно ничего в этом не понимаю, так к чему бестолково скрываться? Равнодушно пожала плечами и отвернулась, чтоб не смущать их своим вниманием. Это меня однозначно не касается.

Прошло ещё некоторое время и к нам валились вначале трое парней, а затем один. Последний выглядел просто ужасно, у него отсутствовала рука по самое плечо, форма была залита кровью, но самое страшное — взгляд. Это был совершенно мёртвый взгляд, словно этот мальчик уже не живёт, а лишь существует краткое мгновение. Когда наши глаза пересеклись, то меня невольно передёрнуло, и на загривке волосы попытались встать дыбом. при этом я преисполнилась сочувствием к такому молодому, но такому потерянному мальчишке.

Парни взвалили на себя моего раненого найдёныша, я прижала к себе маленького фокса, последнему появившемуся парню с мёртвыми глазами тоже оказали помощь в передвижении, и всей гурьбой мы отправились в здание аэропорта. По дороге не встретили никаких препятствий и довольно быстро объединились с оставшимися выжившими.

Шаттлы действительно были на месте и мы без труда направились к ближайшему, оперативно загрузились в гостеприимно распахнутые двери, и я полетела в кресло пилота. Уже проверяя систему ко мне пришло озарение. Очень плохое. Во время взлёта летательный аппарат издаёт много шума. Нам банально пханы не позволят взлететь, так как набросятся на такой явный источник звука. От осознания и разочарования у меня опустились руки, и я бессильно уставилась на панель приборов, совершенно не представляя что делать дальше.

— Их нужно отвлечь, да? — поднимаю голову, а это мальчик с мёртвыми глазами шепчет мне вопрос на ухо, чтоб его не услышали сослуживцы. Обречённо киваю, не в силах вымолвить и слова. — У тебя есть оружие?

Сердце замерло, а затем резко ускорило свой бег. Всматриваюсь в выцветшие глаза и прекрасно понимаю, что он хочет сделать. Часть меня холодно соглашается, что пожертвовать одним ради спасения остальных — это неплохая идея, но вторая часть начинает биться в истерике, яростно протестуя против этой мысли. Из глаз вновь покатились солёные ручьи, вызвавшие у него слабую улыбку. Дрожащей рукой незаметно передаю ему найденный ранее бластер. В груди всё сжимается от острого осознания, что благодаря ему мы будем жить. А он нет.