Книга Сломанные судьбы, страница 20 – Эля Эн

— Не могу. Это любимая игрушка Даши.

Тут и козявка мелкая скачет и медвежью лапу придерживает. Выхожу из машины, открываю заднюю дверь. Забираю из рук медведя и сажаю его на сиденье. Полина замечает и детское кресло.

— Ты кресло купил?

— Купил. Прыгай! Я пока девочку пристегну.

Подхватываю малышку, а та начинает заливисто смеяться.

— Секотно! — пищит.

Держу ее на вытянутых руках и всматриваюсь в ее лицо. Она очень похожа на Полину, а вот глаза…

— Я сама посажу! — Полина выхватывает дочь из моих рук.

— Угомонись! Села! — говорю ей.

Пристегиваю девочку, а Полина все скачет и суетится возле меня. Когда девочка оказывается пристегнута и я делаю шаг назад, лезет к ней на заднее пассажирское сиденье. Я ее перехватываю за талию и вытаскиваю из машины.

— Рядом со мной поедешь! — начинает дрожать, как листочек на ветру. — Лекарство взяла?

— Да.

Слегка, как мне кажется, сжимаю ее талию. Она замирает, ее грудь вздымается.

— Садись! — выпускаю. — Говори адрес!

Диктует, и мы выезжаем. До детского сада рукой подать. Уже через десять минут паркуюсь возле учреждения.

Жду их около часа. Начинаю психовать. Что там можно делать столько времени? Наконец, открывается дверь, и оттуда пулей вылетает Полина, за руку ведет девочку, а за ней — какой-то разъяренный мужик. Он бежит за ней, орет, а потом хватает ее за предплечье, из-за чего та спотыкается и падает на колени.

— Что за хуйня?

Выхожу из машины и размашистым шагом иду в их сторону.

— Эта ваша дочь… Она поставила моему сыну синяк! Вы ответите мне за это! Я найду на вас управу! Посмотрите на нее! Понарожают хрен знает от кого! Мать-одиночка она!..

— Хлебало завалил! — рявкаю я.

Подхожу к Полине, протягиваю ей руку. Она смотрит на меня, но потом поднимается сама, отказавшись от моей помощи.

— Ты кто такой? — вякает лысый мужлан в очках.

— Муж ее.

— Муж? — переспрашивает. — Она числится как мать-одиночка! Значит, вы отец этой маленькой бандитки? — смотрю на девочку, которая жмется к своей матери и стыдливо отводит глаза.

— Я! — поворачиваюсь к лысому. — Есть проблемы?

— Есть, — делает самодовольную рожу. — Значит, будем разбираться. Я числюсь в департаменте по…

Перебиваю его, выставив ладонь.

— Девочки! В машину! — говорю уже «своим» девочкам.

— Дамир, не стоит… — качает головой Полина и брови домиком делает.

— В машину! — строго повторяю я. И Полина кивает и уводит ребенка с собой.

Оглядываюсь по сторонам — никого нет. Хватаю ублюдка за горло и с силой сжимаю. С него слетают очки, он хватается за мою руку в стремлении ее убрать.

— Сука! Я тебе сейчас твой хребет вырву! И через жопу достану! — мужик хрипит, а я его на колени опускаю. — Ты, гнида, позволил себе тронуть то, что принадлежит мне?

Он головой мотает. Выпускаю его из хватки, он заваливается, держится за горло и заходится в кашле.

— Если я узнаю, что ты пошел в полицию, — склоняюсь ниже, — в бетон залью.

— Понял… — хрипит.

Сажусь в машину. Полина сидит на заднем сиденье и играет с дочкой.

— Ты, плавда, мой папа? — спрашивает девочка, а у Поли глаза, как два блюдца.

— Можешь меня так называть. Временно!

— Ула! — кричит девочка.

— Пересядь! — командую Полине.

Она соглашается, начинает перелезать с заднего пассажирского сиденья на переднее. Ее платье задирается, и я вижу цвет ее трусиков. Они черные и кружевные. Полина заваливается на меня и утыкается носом мне в шею. Меня словно электрическим разрядом прошибает.