Книга Второй шанс для бывшего, страница 31 – Алина Давыдова

Вот уж не знаю. Наверное, мне бы не понравилось услышать об этом от доброжелателей. Одно дело — увидеть самой, наверняка. Совсем другое — услышать вот так, в коридоре, от незнакомого человека. Которому дела-то не должно быть до чужой личной жизни.

Но, факт в другом: Олега её откровение не очень-то и расстроило. Он и так догадывался, что ребенка я ношу чьего-то чужого. Я ж ему это в лицо и сказала, ещё б он сомневался.

В остальном всё проходит спокойно. И осмотр, и УЗИ. Распечатанный снимок я, как и обещала, присылаю Игорю. На всякий случай уточнив, где там ножки, где там голова — а то малыш еще слишком мал, и его можно так сразу не разглядеть.

«Спасибо. Береги себя и его», — отвечает Воронов.

И я почему-то начинаю рыдать навзрыд.

* * *

День рождения мамы — праздник ответственный, а тут ещё дата такая солидная, шестьдесят лет. Она предпочитает традиционные застолья, поэтому туда приглашены и её друзья с работы, и родственники, ну и мы с Сашкой, понятное дело.

Мама мечется из кухни в гостиную, запрещая кому-либо себе помогать. Только и слышится:

— А грибочки, грибочки будете? Квашеную капустку положить? Салат? Коль, ты совсем ничего не поел. И ладно, что у тебя язва, завтра диету будешь соблюдать. Валь, скажи ему, что тут всё полезное, без уксуса.

Я от спиртного отказываюсь, сославшись на прием таблеток. Объявлять вот так о беременности, во всеуслышание, я как-то не планировала. И хоть родня пытается залить в меня бокальчик-другой под лозунгом «Да ничего твоим таблеткам не будет», но особо не пристают.

Правда, это касается только алкоголя. Потому что мой неудавшийся брак — тема первостепенная.

— А как Олежка? — спрашивают с жалостью. — Не надумал возвращаться?

— Надумал, — хмыкаю я, — только я уже передумала.

Мама на это мое высказывание трагично вздыхает.

— Это ты зря, — качает головой отчим. — Хороший мужик, не упусти его. Второго такого может и не быть.

— Я ей то же самое говорю, — изображает из себя пай-девочку Сашка. — Что надо соглашаться и возвращаться к мужу, а не бегать от него.

— Не переживайте, всё хорошо будет, я как-нибудь сама разберусь, — мило улыбаюсь, готовясь отбивать атаки всех родственников мамы.

Но отстают от меня на удивление быстро. Тема перескакивает на запойного дядю-Женю, который втихаря под столом разбавлял себе сок водкой из фляжки. Пока его жена, тетя-Марина, лупит благоверного по голове этой же фляжкой, все забывают о многострадальной Вере.

Сашке тоже прилетает, ибо негоже в двадцатник да без семьи.

— Я собираюсь на сплав по Амазонке, на экипировку потратила уже тысяч пятьдесят, — отмахивается сестра, — мне только мужа с детьми не хватало для полного счастья.

— А ты эти свои сплавы оставь, — влезает кто-то из подружек мамы, — хватит уже, набегалась.

— Мне ж двадцать три, а не пятьдесят. В смысле, набегалась? Да я ещё даже не начала! — и смотрит ангельскими глазами.

— Ну вот в том и смысле, что пора о чем-то настоящем подумать. А то проснешься однажды, а тебе сорок, и нету у тебя ничегошеньки, кроме сплавов этих.

— Да, Сашуль, ты б тоже присмотрелась к парням на работе, — кивает мама. — Есть там кто симпатичный?

— Не нужен ей симпатичный, — цыкает папа Саши, мой отчим. — Пусть главное с головой и руками будет. И чтоб не пил.