Книга Избранная шейха, страница 22 – Виктория Вильманн

Кажется, мы говорим о разных людях. Совершенно о разных. Тот Эмин, которого я узнала, никак не подходит под определение хорошего человека.

— И где же сейчас твой благодетель? — иронизирую я.

Девушка будто перегружается, стряхивая с себя паутину печали.

— Господин хочет видеть вас, но перед этим вам нужно привести себя в порядок. Господин во всем любит порядок… особенно это касается женщин.

Последние слова Лейла произносит на глубоком вздохе. Судя по нарисовавшейся тоске на лице, мысли о том, что ее господин жалует других женщин, приносят ей внутренний дискомфорт.

Но меня сейчас волновало ни это…

Хочет видеть меня? Чтобы еще раз заявить о своей власти и заставить бояться?! Только вот я не боюсь его. Пока бьется моё сердце, я не оставлю ни единой попытки, чтобы сбежать отсюда.

Это не моя жизнь, я не подписывалась на это! Никогда я не стану коллекционной куклой его гарема. Скорее всего он у него имеется. Не зря же он называет себя шейхом.

Только мне это не нужно ни в коем разе! Я — другая. И иную роль для себя даже не хочу.

— Надеюсь, это последний мой разговор с вашим хозяином. Я надеюсь убраться отсюда, как можно скорее. Здесь все пропитано ложью! — замечаю впереди себя раскрытую дверь, ведущую в дом.

Зачем к чему-то готовиться? Пора расставить все запятые.

Тогда я действительно испугалась его и убежала. Но сейчас… я хочу увидеть его глаза в последний раз. Хочу высказать все, что я только думаю обо всем этом.

Это не мой мир! Это не моя жизнь! И я буду бороться с этими мнимыми установки. Я верну себе свою свободу любым способом.

Даже если придется…

Лейла настояла на том, что необходимо зайти в отведенную для меня комнату.

Как же мне все равно! Я не желаю оставаться в этом особняке.

— Проходите, госпожа, — хрупкая девушка налегает на тяжелые двери, открывая моему взору вид на великолепные покои, достойные самой королевы.

Только ни это буйство красок, присущее восточной культуре, ни эта огромная кровать с навесом из спадающей ткани и прочие безделушки, которыми было усыпано пространство, не могут нарисовать на моём лице улыбку.

Я — пленница, а это моя тюрьма, хоть и напоминающая комнату диснеевской принцессы.

Стоило мне оказаться внутри этих апартаментов, как нос защекотал приятный аромат свежеприготовленной еды.

Я невольно облизнулась. Со всеми этими событиями я не заметила своих элементарных желаний.

— Госпожа моя, позвольте мне поухаживать за вами, — Лейла приглашает меня к небольшому столику у панорамного окна с видом на побережье.

Но я настолько ощущаю себя изголодавшей, что не успеваю полюбоваться буйством природных красок. Полные чаши изысканных блюд волновали моё сознание.

На столе расстилается изящное шелковое покрывало с изысканными восточными узорами, призывающими к приключениям и сказкам.

Ароматы специй и фруктов наполняют воздух. Фарфоровые тарелки украшены золотистыми узорами, бокалы и кувшины изящно выгравированы и сверкают в свете падающих через окно солнечных лучей.

В центре стола стоит серебряный поднос с разнообразными закусками, фруктами и сладостями.

Я даже представить не могла, что каждый глоток и кусочек еды станет для меня подобно полёту, исследуя новые территории вкуса и кулинарных впечатлений.

Лейла оставила меня наедине с собой. И это было её правильным решением.