Книга Попробуй сбежать, страница 222 – Виктория Рогозина

— А сегодня… давай просто пообедаем вместе? Без разборов, без кланов и фамилий. Просто проведём время.

Ванесса подняла на него взгляд и впервые за вечер улыбнулась по-настоящему тепло.

— Давай, — согласилась она. И тише добавила: — И… спасибо тебе. За всё. Ты сделал для меня больше, чем должен был.

Эрик покачал головой, вставая с дивана.

— Я не мог поступить иначе, — сказал он спокойно. — Ни тогда, ни сейчас.

Он протянул ей руку, помогая подняться, и в этом простом жесте не было ни требования, ни надежды — только присутствие. И Ванесса это почувствовала.

Давид холодно посмотрел на Серебрянникова-старшего, не скрывая раздражения. Взгляд был ровный, тяжёлый, из тех, под которыми люди обычно начинают говорить быстрее и громче — словно это может что-то изменить. Не меняло.

Алекс Владиславович уже минут пятнадцать ходил по кругу. Голос у него был мягкий, вкрадчивый, с тем особым оттенком уверенности, который появляется у людей, привыкших считать договоры чем-то вечным, а чужую волю — временной помехой.

— Давид, ты же понимаешь, — снова начал он, сцепив пальцы на столе, — договор был заключён с твоим отцом. Такие вещи не отменяются просто потому, что времена изменились. Никто и никогда не позволял себе нарушать подобные договорённости.

Рядом с ним сидела Мириэн. Идеальная осанка, безупречный макияж, мягкая улыбка — будто они не обсуждали брак как сделку, а выбирали вино к ужину. Она периодически переводила взгляд с отца на Давида, кивая, словно подтверждала каждое слово.

— Я готова на всё, — добавила она тихо, но так, чтобы это прозвучало весомо. — Абсолютно на всё, если речь идёт о нашем союзе.

Давид медленно выдохнул через нос. Он даже не сменил позы, лишь чуть сильнее сжал подлокотник кресла.

— У меня уже есть жена, — сказал он спокойно.

Фраза прозвучала как точка. Но не для Серебрянникова.

— Формальность, — отмахнулся Алекс Владиславович почти снисходительно. — Бумаги, которые можно переписать. Ты сам знаешь, насколько это решаемо. А наш союз… — он наклонился вперёд, понизив голос, — это выгодно. Нам есть что предложить. Очень многое.

Мириэн словно ждала паузы.

— Кстати, — произнесла она будто между делом, — у меня сейчас небольшие сложности с бизнесом. Сеть салонов… давление, проверки. Я очень надеялась, что ты поможешь. Ты ведь всегда умел решать такие вопросы.

Давид посмотрел на неё. Долго. Внимательно. Без тени тепла. Внутри поднималось болезненное, злое раздражение — не вспышкой, а плотной волной, которую он привык держать под контролем. Он не хотел здесь быть.

Фобос сидел чуть в стороне, молчаливый, собранный. Именно он настоял на этой встрече. «Нужно поставить окончательные точки», — сказал он утром. Без эмоций. Как всегда. Деймос, напротив, даже не пришёл. Он высказался коротко и жёстко: «Кардинальные решения экономят время». Они всегда были разными. Фобос — за холодную ясность и закрытые двери. Деймос — за быстрые и необратимые действия. Два полюса, между которыми Давид держал баланс.

— Договор был с моим отцом, — наконец произнёс Давид, медленно, отчётливо. — И он утратил силу в тот момент, когда я встал во главе клана. Решения теперь принимаю я.

Он чуть подался вперёд, и улыбка Мириэн дрогнула — почти незаметно.

— Моя жена — не формальность. И ваш бизнес — не моя проблема.