Онлайн книга «Наследник чемпиона»
|
— Погоди! Слово срывается и замирает, как шайба, заброшенная в ворота. — Что еще? Уже рассчитываю услышать поверхностную ерунду, да хотя бы что-то в стиле: «А у Ильи нет аллергии на колбасу?» Но вместо презрительной ухмылки губы мои кривятся от скорби и безнадежности по нам. Тем, молодым, которыми мы были семь лет назад: где-то безрассудными, где-то окрыленными. Потому что… — А я бы очень хотел увидеть, как ты укачиваешь его. На мгновение отнимаю трубку от лица, опуская веки. Нет. Не-еет, я не хочу этого слышать! Не хочу! Я не хочу ощущать то, как сердце медленно сдавливают тиски. Не хочу, но… А как можно не слушать? — Каким он был, когда родился, — продолжает Назар очень тихо. — Да и вообще… вот бы взять его на руки, когда он был совсем крохой. Представляю, как мы бы гуляли с коляской, взявшись за руки. Я бы покупал тебе твой любимый виноградный чай с круассанами. А ты бы для меня из дома каждый раз захватывала алюминиевую баночку апельсиновой шипучки… — Тебе нельзя ее, у тебя диета, чтобы справляться с повышенными нагрузками, — бурчу я сквозь пелену слез. Я тоже много чего представляла. А потом думала, что ему и так хорошо и рядом с ним очередная дама, которая в восторге от своего спутника. — Да-да, вот именно так и говорила бы. Ань? — Что? Губы дрожат, я кусаю нижнюю, чтобы прийти в себя, но это нисколько не отрезвляет. — Можно я тебе сейчас такси вызову? — Зачем? — недоумеваю я, выглядывая из окна во двор. Погода унылая и пасмурная, почти как у меня в душе. Неосознанно я поправляю волосы — Не оставайся у него, Анют! Езжай домой! Ну пожалуйста! Убойная волна сносит меня в море горечи и мрака, туда, где на глубине нет ни единого просвета. И я тону и не понимаю, как выплыть. — Пришли мне адрес? — продолжает он упрашивать. Упрашивать! Невероятно... — Я прямо сейчас машину вызову, ну уезжай, а? Не представляю, чего ему стоило произнести эти слова; ведь он не может не понимать: не соглашусь я и останусь. С Никитой. И не его это дело вовсе… Его нервозность передается даже через динамики: и голос надтреснутый и глухой, и фразы порывистые. Как будто и правда боится не успеть. Безысходность сковывает его взволнованное дыхание, как кромка льда — водяную гладь. И странно, что к себе не зовет, домой ведь предлагает. Куда угодно, только бы с другим не осталась? — Анют, ну не молчи! Пришлешь?! — Да дома я уже, Назар. Спасть собиралась, пока ты не позвонил. — Серьезно?! — выдыхает с облегчением. — А ты же хотела… Вы не встречались сегодня? — Встречались, я домой вернулась недавно. — Одна?! — Не зарывайся! А то по носу получишь. Искорки счастливого облегчения согревают его тон, как лучики майского солнышка. — Так ты не поехала к нему? — Ты куда-то не туда свернул, Назар. Я не обязана отчитываться. — Да-да! Конечно! — я представляю, как он проводит ладонью по волосам, стараясь скрыть замешательство. — Вообще не обязана! — Завтра проснетесь — напиши, пожалуйста. Я пойду пока почитаю. Устала. — Спокойной ночи, Анют! Голос его сейчас треснет от радости. Стараясь не думать об этом и сконцентрироваться на книге, я через двадцать минут слышу трель дверного звонка. Подскакиваю и тут же оказываюсь на ногах! Не могли ведь они приехать! Сын же спит! Если Назар разбудил Илью, чтобы сюда примчаться, я его точно… |