Книга По осколкам твоей лжи, страница 94 – Татьяна Никандрова

Встаем из-за стола, и, накинув на плечи куртку, Измайлов спрашивает:

— Провожу вас до дома?

— Давайте, — отзываюсь я, а затем с улыбкой добавляю. — И ко мне можно на «ты».

— Ну наконец-то, — хмыкает. — Я уж думал, ты не предложишь.

Выходим на улицу и несколько минут стоим на крыльце, любуясь осенним пейзажем. Ни о чем не говорим. Просто созерцаем. Слова в эту секунду лишние.

— Ну что, пойдем? — я нарушаю тишину и упираюсь взглядом в его щеку.

— Далеко идти?

— До соседнего дома, — хихикаю.

Медленно бредем по тротуару, глубоко вдыхая сыроватый ароматный воздух. Удивительно, но в данный момент я чувствую себя абсолютно спокойной. И абсолютно счастливой. Словно мой жизненный паззл наконец сложился, и отныне я полноценный человек. Избавившийся от ненужного и получивший то, о чем давно мечтал…

Мысли как-то непроизвольно касаются ребенка, который через полгода появится на свет и о котором Ранель до сих пор ничего не знает. Ну, или делает вид, что не знает. Алаев, конечно, не из болтливых, но, возможно, он не сдержался и поведал Измайлову о моей беременности. Они же как-никак лучшие друзья.

В любом случае, я непременно расскажу Ранелю о том, что жду от него ребенка. Но не сейчас. Потом. Тогда, когда настанет идеальный для этого момент.

Ну а пока — мы просто два только что познакомившихся человека, между которыми пролетела искра взаимной симпатии.

— Вот мы и пришли, — притормаживаю около своего подъезда и заглядываю Ранелю в глаза.

Мне интересно, как он поведет себя дальше.

— На чай пока напрашиваться не буду, но очень надеюсь на новую встречу, — он говорит негромко и вкрадчиво, будто таким образом проверяет границы дозволенного.

— Как насчет еще одного совместного завтрака? — играю бровями. — Завтра. В том же кафе.

— Договорились, — отзывается он, взглядом зависая на моих губах.

Смотрит пристально и жадно, будто очень хочет поцеловать и с трудом сдерживает порыв.

Но мы еще не в таких отношениях, верно? Незачем торопить события.

— Тогда пока, — во мне просыпается детское шаловливое веселье.

Круто чувствовать себя желанной, но при этом недоступной.

— Пока, — эхом повторяет демон, все еще вожделенно пялясь на мой рот. — Постараюсь не спятить в ожидании завтрашнего дня.

Взбегаю по ступенькам и, приложив ключ-таблетку к домофону, скрываюсь в подъезде. На губах — довольная улыбка, а в душе фонтам бьет восторг.

Господи… Неужели на горизонте наконец замаячил реальный шанс на счастье?

Перед тем, как перешагнуть порог кафе, делаю короткий резкий выдох, пытаясь унять мандраж. Я вроде уже давно не пацан, тушующийся в женском обществе, но перед встречей с Диорой почему-то нервничаю. Не так, чтобы прям до трясучки, но все же вполне ощутимо.

Толкаю дверь, ловлю приветственный кивок официантки, окидываю взглядом небольшой зал и наконец замечаю ее. Шахерезада сидит за столиком у окна. Спокойная, умиротворенная, в просторном кашемировом свитере и разметавшимися по плечам волосами. Как и вчера, читает книгу.

— Доброе утро, — произношу я, становясь рядом.

— Доброе, — она вскидывает голову, окуная меня в теплое золото своих глаз.

В голову тут же лезут мысли о том, что она безумна похожа на осень за окном. Такая же уютная, мягкая и невероятно красивая. За те три месяца, что мы не виделись, в Диоре что-то неуловимо поменялось… Я смотрю и не могу сформулировать, что именно. Может, с лица схлынула глубокая печаль? Или взгляд сделался более открытым? Или, возможно, она просто наконец сняла маску суровой бизнес-леди?