Книга Слабо не влюбиться?, страница 61 – Татьяна Никандрова

Тёмкнина риторика ставит меня в тупик. Понятно дело, что в наше время единицы всю жизнь трудятся по выбранному в институтские годы профилю, но высшее образование все же, как ни крути, нужно. Это как билет в будущее, без которого ты обречен влачить жалкое существование. По крайне мере, именно это мне внушали родители.

— А что ты собираешься делать после школы? — растерявшись, спрашиваю я.

— В армию пойду.

— В армию? — я настолько удивлена, что как, попугай, тупо повторяю за Тёмой.

— Ну да. Отдам долг родине, а потом займусь реализацией своих целей. Ты ведь знаешь, Вась, у меня грандиозные музыкальные планы.

Да, увлечение Соколова диджеингом не только не пропало, но и сделалось в разы серьезней. Я знала, что друг с головой ушел в музыку, но и подумать не могла, что она намерен связать с ней жизнь.

— Вот это да! — потрясенно выдыхаю. — А мы, оказывается, реально давно не общались! Я и понятия не имела, что ты не будешь никуда поступать. А как родители к отнесись к твоему решению? Поддержали?

— Нет, конечно, — Соколов усмехается. — Устроили жуткий скандал. Мать чуть ли не рыдала, отец еле сдержался, чтоб меня не придушить. Не оправдал сынок их великих надежд, — он кривит лицо в наигранной печали. — Но что поделать, жизнь полна разочарований.

— Ты с такой легкостью идешь наперекор взрослым… Я бы так не смогла.

— Так это ж моя жизнь, Вась. Нет, ясен пень, я благодарен предкам за то, что они меня родили и все такое… Но дальше я сам. Глупо забивать на свои мечты только ради того, чтобы соответствовать чьим-то ожиданиям.

Соколов в своем репертуаре: бунтарь до мозга костей. Идет против системы, без стеснения размахивая флагом личного мнения. Каким был в детстве, таким и остался. Ни затыков, ни комплексов, ни страха перед общественным порицанием.

— Ты прав, Тём, просто твои мысли… Они такие революционные, что мне сложновато воспринять их с первого раза. Наверное, ты единственный человек в моем окружении, который не грезит о поступлении в ВУЗ, — улыбаюсь я.

— Брось, Васек, жизнь — и так довольно скучная штука. Не стоит обесцвечивать ее навязанными стереотипами.

— Жизнь — скучная штука? Ты правда так считаешь?

— Ну да, сама подумай: проснулся, поработал или поучился, лег спать. Кому повезло — тот еще поел и потрахался. Сплошная рутина.

Изо рта вырывается стыдливый смешок. Ничуть не смущаясь, Тёма прекрасно умеет смущать окружающих.

— Неохота, чтобы жизнь была рутиной, — признаюсь я. — Хочется разнообразия и ярких красок. Чтобы как в детстве, помнишь?

Наши взгляды пересекаются, и в точке их соприкосновения вспыхивает огненная искра. Бьюсь об заклад, мы оба думаем об одном и том же.

— Ну что, малая, наверстаем упущенное? — озвучивает наши мысли Соколов. — Тряхнем стариной?

— Хочешь снова сыграть на слабо? — хитро улыбаюсь.

— Только если тебе не слабо, — подначивает парень.

— Мне нет. Ты же знаешь.

— Ну тогда садись на байк и погнали, — он достает из-под сиденья второй защитный шлем и протягивает его мне.

Затем запрыгивает на сияющего глянцем железного коня и заводит мотор.

— Куда поедем? — я подхожу поближе и тоже забираюсь на мотоцикл, обхватив крепкий торс друга руками.

В груди плещется ликование, а конечности зудят от предвкушения грядущих приключений.

— Скоро узнаешь, — кидает он через плечо, резво дав по газам.