Книга Рей и Рита, страница 84 – Татьяна Никандрова

Сходив в душ, я ложусь в постель и с удовольствием понимаю, что подушка пропиталась цветочным ароматом Риты. Утыкаюсь в нее носом и глубоко вдыхаю. Черт возьми! Как приятно!

Под мысли о Веснушке почти погружаюсь в сон, когда неожиданно ночную тишину прорезает мелодия мобильного. Опять Колесникова. За прошедшие два дня она звонила мне не меньше сотни раз, но я не брал трубку, считая, что нам не о чем больше разговаривать.

Но Вика никак не успокаивается, и я все-таки решаю узнать, что там у нее стряслось:

— Алло.

— Рей, я... Мне очень плохо, - в трубке раздаются жалобные всхлипы. - Мы оба погорячились, давай не будем рубить с плеча?

— Вик, извини, но между нами все кончено. Пора двигаться дальше, - выдавливаю из себя шаблонные, лишенные всякого сочувствия фразы, но на большее я не способен.

— Я... Я без тебя не могу... Я покончу с собой, - плача, шепчет она.

— Не говорю ерунду! - раздражаюсь я.

— Я клянусь! Богом клянусь, я вскрою себе вены, если ты ко мне не приедешь! - ее голос срывается на рыдания. - Жизнь без тебя мне не нужна!

— Вик, ты нормальная или нет? - ошарашенно выдаю я. - Совсем кукушка поехала?

— Да, поехала, Рей! Из-за тебя поехала! - вопит она. - Если ты через полчаса не приедешь, я наложу на себя руки, честное слово!

В том, что Колесникова находится под действием каких-то психотропных веществ, я не сомневаюсь. Она и раньше была очень эмоциональной, но такой суицидальной фигней никогда не страдала. А тут явно приняла что-то эдакое, вот ее и накрыло.

— Слушай, Вик, давай без глупостей, - как можно спокойней говорю я. - Ложись спать, а завтра утром спокойно поговорим, ладно? Я обещаю, мы все обсудим.

Сейчас самое главное - внушить ей, что завтра все нормализуется, и заставить выкинуть из головы бредовые идеи о сведении счетов с жизнью.

— Нет, Рей, так не пойдет! Либо ты приезжаешь сейчас, либо я беру кухонный нож и... И... - Вика ревет в трубку, а я чувствую, как комок смешанных эмоций скручивает живот.

С одной стороны, я не хочу вестись на ее подлую провокацию, ведь я четко дал понять, что мы больше не пара. Но с другой - будет очень отстойно, если она реально вскроет вены. Совести у меня, конечно, нет, но осознавать, что из-за тебя суициднулась твоя бывшая, даже для такого подонка, как я, невыносимо.

Помолчав несколько секунд, я взвешиваю все "за" и "против" и сурово произношу:

— Вик, я никуда сейчас не поеду. Я готов поговорить с тобой, но завтра. Спокойной ночи.

С этими словами я кладу трубку и убираю телефон в сторону.

"Правильно, Рей, один раз поведешься на такую подначку, и потом из тебя всю жизнь будут вить веревки! Ничего Колесникова с собой не сделает!" - успокаивает меня внутренний голос, но на душе почему-то скребут кошки.

Закрываю глаза и пытаюсь уснуть, но меня обуревает какое-то необъяснимое волнение. Фантазия подкидывает отвратительные картинки, где мертвая Вика лежит в луже крови, и я болезненно морщусь. Вот сучка! Пригрузила меня на ночь глядя!

Телефон вновь пищит, и я, молниеносно протянув к нему руку, вижу входящее сообщение от Колесниковой. Вика прислала мне видеозапись, на которой она медленно водит лезвием по запястью, а затем делает на нем крошечный надрез. До вен там еще далеко, но сам факт того, что эта идиотка схватилась за нож, вызывает во мне панику.