Книга Никто не узнает, страница 35 – Татьяна Никандрова

Достаю из кармана пачку сигарет и неспешно закуриваю. Мне уже давно пора быть на студии, но настроение сейчас совсем нерабочее, поэтому я решаю подзабить на дела и просто прошвырнуться по Патрикам^[1]. Во время пеших прогулок ко мне часто приходят гениальные идеи. Кто знаете, может, повезет и в этот раз?

Достаю из кармана мобильник и, пару раз крутанув его в руках, набираю того самого знакомого, который за весьма умеренную плату подогнал мне Каринин телефон. После короткого обмена любезностями я перехожу непосредственно к делу:

— Слушай, Санек, я опять по поводу той писательницы, Карины Гольдман.

— А че случилось? Номер, что ли, неправильный? — тревожится парень.

— Да не, не в этом дело… Я тут прикинул и понял, что звонить мне ей не вариант. Надо вживую где-то пересечься. Сможешь подогнать инфу, где и когда она бывает? Мероприятия, может, какие? Театры, выставки и прочая лабуда?

— Блин, братан, ну это сложнее…

— С меня не просто «спасибо», разумеется, — легонько надавливаю я.

— Ладно, я попробую узнать, — после недолгого молчания отзывается он. — Но ничего не обещаю.

— Заметано, буду ждать, — весело отзываюсь я перед тем, как отключиться.

Ну что, кажется, настало время для решительных действий?

Карина

— Карин, ты не видела мои запонки? — доносится голос Олега из соседней комнаты. — Ну, те, что Андриевские дарили? Я вроде бы их еще не носил.

— Посмотри во втором ящике комода, я всю твою ювелирку туда сложила, — отзываюсь я, подкрашивая губы перед зеркалом.

Сегодня мы с мужем приглашены на торжественный прием в честь дня рождения благотворительного фонда «Доброта без границ», который решил публично поблагодарить всех своих меценатов: представителей государственных структур, крупных бизнесменов, спортсменов и звезд шоу-бизнеса. Компания Олега жертвует довольно внушительные суммы на благотворительность, поэтому на подобных мероприятиях он всегда желанный гость.

— Помоги, пожалуйста, — муж протягивает мне элегантные платиновые запонки.

— Мы долго там пробудем? — интересуюсь я, обхватывая белую манжету рубашки.

— Думаю, пару часов отсидеть придется, — отвечает он, поворачивая кисть так, чтобы мне было удобнее продевать запонки в отверстия. — Но ты не переживай, среди гостей будет много выдающихся персон, так что ты без труда найдешь интересных собеседников.

— Если ты про Лимонова, то еще одной тирады на тему реинкарнации я не выдержу, — усмехаюсь я.

— А как же бессмертие души, Карин? — иронизирует Олег.

— Да нет у нас никакой души, — отмахиваюсь я, приступая ко второму рукаву его рубашки. — Ты и сам это знаешь.

— Знаю. Но, в отличие от тебя, никогда не спорю с фанатично настроенными людьми. Это помогает сберечь нервы и сохранить отношения.

— Это называется конформизм, — не могу удержаться от колкого комментария.

— Лучше быть конформистом, чем бунтарем, дорогая, — нравоучительно заявляет муж. — В истории еще нет случаев, чтобы бунтари хорошо кончали. Че Гевара, Мартин Лютер Кинг, Ян Гус… Понимаешь, о чем я?

— Ленин? — цепляюсь за первое пришедшее на ум имя.

— Тот, что в мавзолее лежит? — с сарказмом уточняет он.

— Его хотя бы не убили, — ворчу я, при этом прекрасно понимая, что в данном вопросе муж прав: бунтарство и в нашем мире является восьмым смертным грехом.