Книга Жена, которую захотели двое, страница 5 – Злата Нова

Марина сжала её пальцы.

— С тобой будет то, что ты выберешь.

— А если я не выберу? — спросила Анна. — Если меня просто понесёт?

Лера впервые за вечер не стала шутить.

— Тогда лучше понять это сейчас, пока тебя ещё не понесло.

Анна усмехнулась, но глаза у неё блестели.

— Звучит разумно.

— Я стараюсь казаться умной после второго бокала, — сказала Лера.

Они всё-таки засмеялись. Смех вышел неровным, но настоящим. Анна почувствовала, что ей стало немного легче не потому, что проблема уменьшилась, а потому, что теперь она существовала не только внутри её головы.

Позже, уже дома, она тихо открыла дверь своим ключом. В прихожей пахло стиральным порошком и чем-то тёплым, домашним. Дмитрий спал на диване перед телевизором, укрывшись пледом. На экране без звука мелькали лица ведущих.

Анна остановилась в дверях гостиной и посмотрела на мужа. Родной. Хороший. Уставший. Человек, которого она любила и рядом с которым всё чаще чувствовала себя одинокой.

Она подошла, осторожно выключила телевизор и накрыла его плед повыше. Дмитрий сонно пошевелился.

— Ты пришла? — пробормотал он.

— Да. Спи.

— Люблю тебя, — сказал он сквозь сон.

Анна замерла.

Потом наклонилась и поцеловала его в висок.

— Я тоже тебя люблю.

Это была правда.

И именно поэтому ей стало страшно.

В спальне она разделась в темноте и легла одна, потому что Дмитрий так и остался на диване. Простыня была прохладной. Анна повернулась на спину и уставилась в потолок. За окном проехала машина, свет фар на секунду скользнул по стене и исчез.

Она думала о том, что у каждой тихой заводи есть дно. Что спокойная вода может казаться безопасной только потому, что никто не заглядывал глубже. Что желание, если его слишком долго не слышать, не умирает, а становится другим: терпеливым, опасным, почти чужим.

Анна закрыла глаза и положила ладонь на грудь, туда, где сердце билось слишком быстро для спокойной семейной ночи.

Она ещё не знала, кто первым нарушит эту тишину.

Но впервые за долгое время ей показалось, что тишина уже не выдерживает.

К дню рождения Дмитрия Анна начала готовиться ещё утром, хотя гостей ждали только к шести. Она проснулась с тяжестью в груди, которую сперва приняла за усталость, но уже на кухне, перебирая тарелки и проверяя список продуктов, поняла, что это было нечто другое. Предстоял обычный семейный вечер, с салатами, вином, шутками друзей и неловкими тостами, но после разговора с подругами всё обычное казалось ей слегка сдвинутым с места, словно привычная квартира стояла под едва заметным наклоном.

Дмитрий с самого утра был в хорошем настроении. Он ходил по квартире в старой футболке, напевал что-то себе под нос, пытался помочь, но больше мешал, потому что открывал не те шкафчики и спрашивал, где лежит то, что лежало там уже восемь лет. Анна ворчала на него без злости, поправляла скатерть, ставила бокалы на стол и время от времени ловила себя на том, что смотрит на него с нежностью и болью одновременно.

Она любила его таким. Домашним, рассеянным, надёжным, немного нелепым в своей попытке сделать праздник без суеты. Именно поэтому утренние воспоминания о том, как его рука виновато остановила её руку, жгли особенно остро, потому что в этой боли не было простого врага, на которого можно было бы переложить всё раздражение.