Книга Жена, которую захотели двое, страница 6 – Злата Нова

К четырём часам квартира уже пахла запечённым мясом, чесноком, свежим хлебом и сладким кремом от торта, который Анна забрала из кондитерской. Она успела принять душ, высушить волосы и долго стояла перед шкафом, не решаясь выбрать платье. Обычно она надевала что-то удобное и тёмное, чтобы не привлекать лишнего внимания к груди и бёдрам, но сегодня рука сама потянулась к глубокому зелёному платью из плотной мягкой ткани.

Платье сидело на ней слишком хорошо, и именно это пугало. Оно подчёркивало талию, мягко обнимало бёдра, открывало шею и ложилось по груди так, что Анна несколько раз поправляла вырез, хотя объективно в нём не было ничего неприличного. Просто после месяцев, в которых её тело будто существовало отдельно от желания, любое удачное отражение казалось почти провокацией.

Она накрасила губы чуть ярче обычного и тут же стёрла помаду салфеткой. Потом снова накрасила, уже тоньше, и рассердилась на себя за эту нелепую внутреннюю борьбу. В конце концов она не собиралась никого соблазнять, она просто хотела выглядеть красивой на дне рождения собственного мужа.

Когда Дмитрий вошёл в спальню, застёгивая часы на запястье, он остановился у двери. Его взгляд скользнул по ней сверху вниз, и на какую-то секунду в нём появилось то самое узнавание, по которому Анна успела соскучиться до физической боли. Она даже задержала дыхание, потому что эта короткая вспышка показалась ей важнее всех подарков, тостов и гостей.

— Ты очень красивая, — сказал он тихо.

— Спасибо, — ответила она и улыбнулась, стараясь не показать, как сильно ждала этих слов.

Дмитрий подошёл, поцеловал её в щёку и сразу начал рассказывать, что Саша с Леной задержатся, потому что у них опять проблемы с парковкой. Анна слушала, кивала и чувствовала, как вспышка в груди медленно гаснет. Он сказал правильные слова, и она была благодарна за них, но ей хотелось не правильности, а голода, который нельзя спрятать за бытовыми сообщениями.

Гости начали приходить почти одновременно, и квартира быстро наполнилась голосами. В прихожей стало тесно от курток и обуви, на кухне кто-то открыл первое вино, в гостиной заиграла музыка, а Дмитрий смеялся громче обычного, принимая поздравления. Анна перемещалась между столом и кухней, следила, чтобы всем хватало закусок, отвечала на комплименты и ощущала себя хозяйкой вечера, женщиной, вокруг которой всё держится.

Ей даже стало легче. В движении, разговорах и привычной суете не оставалось места для неприятных мыслей. Она принимала букеты, целовала знакомых в щёки, смеялась над шутками, доливала вино и иногда ловила на себе взгляды мужчин из их компании, более долгие, чем требовала вежливость.

Раньше она почти не замечала таких взглядов. Теперь замечала каждый, и от этого становилось одновременно стыдно и тепло. Не потому, что она собиралась что-то делать с этим вниманием, а потому, что оно подтверждало простую вещь, в которой она отчаянно нуждалась: она была видимой.

Ближе к восьми в дверь позвонили снова. Дмитрий, уже раскрасневшийся от вина и смеха, пошёл открывать и через секунду из прихожей донёсся его радостный голос. Анна в этот момент стояла на кухне и нарезала лимон, поэтому сначала услышала только низкий мужской смех, густой и уверенный, совершенно не похожий на голоса остальных гостей.