Книга Изящная ложь, страница 62 – Ана Карана

А потом раз…

Максим вспомнил Лиса во время прогулки. Вспомнил во время массажа. Вспомнил во время приёма таблеток. Максим его вспоминал. Я узнала, что Максим не знал о том, что жилет был один. Узнала, что Максим пытался отправить Лиса в хвостовую часть, которая действительно пострадала меньше всего. Максим пытался его уберечь.

Но мой Лис был из тех, кто отдавал, а не забирал. Мой Лис отдал свой жилет девочке. Мой Лис подарил шанс и Максиму. Значит, если я убью его, то… Лис умер напрасно.

Нет. Конечно, нет. Я не могла допустить, чтобы его смерть обесценилась вместе со смертью Максима. Я передумала травить Максима. Перестала вкалывать и миорелаксант, не позволяющий ему подняться на ноги. Я хотела, чтобы перед смертью он помучился от беспомощности. Хотела видеть врага слабым. Только враг оказался не врагом. Ещё одной жертвой обстоятельств. И даже народным героем.

Однако Максим сам изо всех сил старался обесценить смерть Лиса. Я попыталась исправить и это. Старалась придумать развлечения, занятия, уговорить на поездки. Нашла чёртову группу поддержки. Я так пыталась исправить то, чего изначально ему желала и чему поспособствовала, что сама не заметила, как влюбилась. Или не влюбилась?

Я не знаю, что это за чувство. Знаю только, что рядом с Максимом я вновь ощутила себя живой. Помогая ему, я исцелялась сама.

Действие миорелаксанта должно было ослабнуть. Я точно знаю. Но Максим отчего-то не чувствовал силы в ногах. Я даже аккуратно проконсультировалась с маминой подругой — она операционная медсестра. Она сказала, что такой эффект может возникнуть при длительном использовании препарата и при резкой его отмене. И посоветовала «теоретически» ввести «больному» минимальную дозу этого препарата, чтобы ускорить процесс восстановления.

Я её послушала. Мне было страшно предложить Максиму консультацию с врачами, ведь тогда бы он обо всём узнал. И разочаровался во мне. А я уже не хотела этого. По инструкции препарат должен был полностью вывестись из крови в течение нескольких дней.

Но Максим и Милана попали в аварию. Я узнала от Гордого. Максим встал. Встал! Я так обрадовалась, что не сразу поняла, чем его обследование может грозить мне. Наверное, я заслужила. Да нет, точно заслужила. И когда на экране телефона высветилось имя Миланы, уже точно знала, по какому вопросу она звонит.

Но мне страшно ответить на звонок, потому я просто прячу телефон под подушку и закрываю глаза. Мозг лихорадочно генерирует идеи, как выйти из этой ситуации. Какие есть доказательства против меня? Я никогда не выбрасывала ампулы миорелаксанта в мусорное ведро в квартире Пожарских.

Только… Нет… Один раз. Когда ввела маленькую дозу во благо…

Чёрт.

Я могу сказать, что случайно перепутала лекарства. Что этот препарат для пожилой соседки или моей бабушки. От такой маленькой дозы с Максимом ничего бы не случилось. А то, что я колола его регулярно, никак не проверить.

Да. Так и скажу, если прижмут. Максим мне наверняка поверит, ведь я так для него старалась. Главное, чтобы он не узнал, что Лис был моим женихом. Это же очевидный мотив. Он сразу поймёт, что я устроилась к нему из-за Лиса. Поймёт, что искала мести.

Нельзя, чтобы Максим во мне разочаровался. Я же влюбилась. С ним мне не больно. Милана не достойна быть его женой. А я так и не примерила свадебное платье.