Книга Сохранить нельзя разбить, страница 163 – Али

Я стала согреваться под теплом верхней одежды и не заметила, как провалилась в сон.

Мне снова синился сон, от которого я хотела скорее проснуться. Дорога. Дождь. И черная машина. Но сейчас все звуки и лица становились более отчетливыми, чем когда-либо. Я стояла перед каким-то кафе или рестораном, название было как будто замылено — не прочитать. Холодно… так холодно, что руки подрагивали. Тело покрывалось мурашками, а платье все сильнее липло к телу. Кажется, оно промокло насквозь. Я увидела, как от меня уходил человек. Высокий, в черном пальто и с короткими темными волосами. Такой знакомый и… Дима! Это был Дима! Почему он уходит? Почему не поворачивается?

«Дима! Дима!» — голоса нет. У меня голоса нет. Кричу, а он не слышит. И бежать не могу. Ноги закаменели. С места не сдвинуться. «Дима!» Обернись, пожалуйста, я здесь. Ди-има!

— Дима! — я резко поднялась на заднем сидении и нечаянно скинула все куртки, которые были на мне.

— Насть, ты что кричишь? Я чуть руль в сторону не вывернул. — Дима настороженно поглядывал на меня через зеркало заднего вида.

— Сестренка, что случилось? Тебе плохо? Дай лоб потрогаю. — Егор потянулся ко мне, но я лишь замотала головой и облокотилась на спинку, поджав под себя ноги и пытаясь прийти в себя. По лицу стекал холодный пот. Как же это было страшно. Будто не увидела сон, а прожила его. Мне стало не по себе. А что, если правда? Дима захочет уйти? Нет, нет. Это просто сон. Ничего серьезного.

Я заметила, как Егор смотрит на меня, пытаясь понять, что произошло. Неужели я позвала Диму наяву?

— А сколько нам еще ехать? Я долго спала?

— Минут сорок. Можешь считать, что мы почти дома, Олененок.

Все это время я пыталась слушать радио и голоса ребят, которые переговаривались о работе, лишь бы не вспоминать сон, который так меня напугал.

После дороги ноги совсем не держали. Голова кружилась, а живот по-дурацки крутило. Пока Дима с Егором выгружали вещи, я прислонилась к машине и сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, чтобы чуть-чуть прийти в себя. Через пару минут ко мне подошел Дима и, поддерживая за талию, вместе со мной направился в подъезд. Не думала, что в конце поездки будет такое ужасное самочувствие. Слабость будто забрала все силы, а голова барабанила так, что ориентироваться в пространстве было достаточно трудно.

— Я, наверное, заходить не буду, — начал Дима. — Неудобно как-то.

— Не выдумывай, Дима. Пошли давай, — сказал Егор и открыл дверь, пропуская нас вперед.

— Настенька! Дочка, — мама выбежала из гостиной и обняла меня так, что косточки захрустели. — Как ты себя чувствуешь? Глаза совсем стеклянные. И лоб горячий. Ну-ка живо в душ и в кровать. Поехала больная в другой город. Совсем ума нет. А ты, Дима, мог ее вразумить.

— Ма-ам, — проныла я.

— Не мамкай, давай в темпе вальса. — Она помогала мне снять верхнюю одежду, и я скрылась за дверью в ванной, перед этим бросив быстрый взгляд на Диму. Надеюсь, он не уйдет, пока я буду здесь.

Но он не ушел. Мама, Егор, Дима и папа, который, видимо, сорвался с работы, как только узнал, что мы приехали, сидели в гостиной и пили чай. Папа, увидев меня, крепко обнял и, надо отдать ему должное, совсем на меня не ругался. Я присела на диван рядом с Димой и аккуратно дотронулась пальцами до его руки, которая лежала рядом со мной. Почувствовав это, он сцепил наши руки в замок и положил к себе на колено. Папа заметил это, но ничего не сказал, хотя брови его стали чуть хмурее.