Книга Сохранить нельзя разбить, страница 22 – Али

— Они сильно вас побили? — тихо спросила она.

— Мы их сильнее. — Дима в своей обычной манере подмигнул ей и прошел мимо, чтобы скрыться за дверьми комнаты Егора.

— Чего ты так долго? — спросил друг, забирая у него медикаменты.

— Да вроде быстро. Ты как?

— Нормально. Отделался фингалом и несколькими царапинами. — Егор промочил вату в перекиси и приложил к костяшкам пальцев, которые стерлись практически в кровь. — А тебе, кажется, досталось. Подойди-ка сюда, — подозвал он Димку.

— Да ладно, ничего такого. — Егор приподнял футболку и увидел, что правый бок у Димы практически весь посинел.

— Ты видел, что у тебя тут творится? А если в ребре трещина?

— Ушиб просто. Ничего страшного.

Они обработали раны, Дима сел на кровать рядом с Егором и выдохнул.

— Может, ты прекратишь свой негласный бойкот и поговоришь с сестрой?

— Не хочу, Дим. Не сейчас. Нервы ни к черту. Боюсь сорваться и накричать.

— Она переживает. Чувствует себя виноватой, особенно после того как увидела нас таким разрисованными. Ты бы видел, как она смотрела на нас, когда мы в квартиру вернулись. А ты ушел сразу в комнату, даже не взглянул на нее.

— Дима, не дави на жалость, а? И так тошно.

— Как будто мне хорошо, — фыркнул друг и прислонился прохладной стене — А знаешь, несмотря на то что у меня все болит и я жутко переживаю за Настьку, я рад, что мы наваляли ему и его компании.

— Не поверишь, но я сейчас думал о том же. — Егор взглянул на Диму, и они тихо рассмеялись. — Все-таки мне очень хотелось отмутузить его за мою сломанную руку.

Дима бросил в него подушку, и завязался бой посерьезнее, чем тридцатью минутами ранее. Во все стороны летели перья, раздавались приглушенные удары по голове и рукам, и комната постепенно превратилась в поле битвы, потому что дальше помимо подушек в ход пошли вещи.

Я увидела, как Дима выходит из комнаты Егора и идет в прихожую.

— Дим, подожди, пожалуйста. — Я подбежала к нему и в нерешительности остановилась.

— Чего тебе, Олененок? — спросил он, надевая кроссовки.

— Хотела тебе кое-что отдать. — Я аккуратно сняла с шеи круглый серебряный медальончик, в середине которого была звезда. Я купила его пару лет назад и с тех пор не снимала. Мне казалось, что эта звездочка всегда вела туда, куда было нужно. Но сейчас я очень хотела, чтобы он был у Димы. — Возьми, пожалуйста.

Я протянула ему открытую ладонь, на которой лежало украшение.

— Насть, это же твой. Зачем?

— Он тебя защищать будет.

— А тебя? — спросил он и присел на пуфик.

— А у меня ты есть и Егорка тоже. Меня есть кому защищать. — Несмотря на то что я улыбалась, внутри сильно переживала, что он не возьмет, не примет. Оттолкнет и просто скажет, чтобы я не занималась глупостями. Но Дима изучающе на меня посмотрел и взял кулон. Он застегнул его на шее, дотронулся пальцами до изящных тонкий линий и спрятал под футболку.

— Спасибо, Олененок. Теперь я всегда буду под защитой. — Он встал, потрепав меня по макушке, и направился в двери. — И зайди к брату. Егор хочет с тобой поговорить.

Я как-то тяжко вздохнула, но кивнула. Вот и пришел конец братской доброты.

— Егор, можно? — я постучалась прежде чем войти, но так как мне никто не ответил, пришлось слегка приоткрыть дверь.

— Заходи, — сказал он и оторвался от компьютера, на котором что-то печатал. — Садись.