Онлайн книга «Манипулятор»
|
Тело рефлекторно передергивает крупной дрожью. Несколько раз прокручиваю в голове ответ, чтобы он выглядел непринужденно и формально. «Всё хорошо, утром и днем была на работе. Вечером встретилась с подругой в кафе. Сейчас собираюсь спать», — резко вздрагиваю от звука ударившей в окно ветки и машинально хватаюсь за грудь. Твою мать, господи, дай мне сил не сойти с ума… «У тебя есть другие подопытные — друзья, вроде меня? Я начинаю ревновать, сладкая». Его невинные обращения становятся всё откровеннее, но моё внимание цепляет другое. Почему он ассоциирует себя с подопытным…? Пытаюсь написать ему, что это не так, но Габи оказывается быстрее. «Подружка — это та рыжая адвокат? Она мне не нравится». Казалось бы, обычная, ничего не значащая, фраза, но звучащая от лица убийцы — она выглядит страшно. Что он делает с людьми, которые ему не нравятся, мы уже знаем. И я не хотела бы, чтобы в списке его «неприятных людей» оказалась Елена. «Почему, Габриэль?», — даже не замечаю, как начинаю нервно кусать губы. Осознаю сей факт, только когда ощущаю во рту характерный металлический привкус. «Она глупая», — легко отвечает, а я впервые не нахожусь с ответом. «Она не глупая, Габи. Наверное, просто вы слишком разные, но она тоже пытается тебе помочь», — набираю, чуть помедлив. «А кто сказал, что я хочу помощи?» — ухмыляющийся смайлик в конце выглядит красноречивей любых слов. Он точно не больной. Этот человек прекрасно отдает себе отчет во всех действиях. Он умен. Расчетлив. Хитёр. И, да, это определенно страшнее, нежели он бы являлся умалишенным. «Тогда зачем тебе я…?», — задаю вполне логичный вопрос, но не получаю на него ответа. «А ты что, даже не спросишь, как провел свой день я?». «Конечно, спрошу. Как раз собиралась. Как ты? Чем занимался?» — всё это больше похоже на какой-то сюр. Мы оба понимаем, что этот разговор не несет в себе той смысловой нагрузки, которую должен. Но если мой собеседник чётко осознает свою цель, то я ощущаю себя глупой жертвой, идущей у него на поводу. «Спасибо, что спросила. Я проснулся, сходил в душ, позавтракал дубовыми оладьями. Ты знаешь, какие отвратительные оладья печет наша домработница? Просто мрак. Она вообще ужасно готовит, я подозреваю, что своё место в нашем доме она сохраняет только благодаря тому, что с членом отца справляется куда лучше, чем с едой… Потом поплавал в бассейне», — легко продолжает, как ни в чем не бывало, а у меня от предыдущего откровения глаза лезут на лоб. Что за чертовщина у них там творится? — «Потом позанимался в зале. Решил приготовить себе сам обед, пересоленный бульон Миссис Рэй жрать было уже невозможно. Потом мне стало грустно. Выпил немного текилы. Почитал книгу», — почему и зачем я думаю о том, что этот человек, видимо, ужасно одинок? — «Потом был воспитательный процесс от этих псин, прислуживающих моему отцу», — сердце пропускает удар, а губы невольно кривятся. Значит, я была права. Они его периодически избивают? — «Не знаешь, зачем они все меня пытаются дрессировать? Животные пытаются приручить человека, забавно», — рассуждает сам с собой, и я терпеливо жду, пока Габриэль выговорится. — «Мне так скучно… Смертельно скучно. Ты ведь приедешь ко мне завтра…?». |