Книга Мой персональный Люцифер, страница 104 – Энже Граф

Поля смеется. Да, ей мама действительно может хоть что-то оставить ‒ очень надеюсь на это, ‒ но мне на это точно можно не рассчитывать. Но Поле не нужно об этом знать. Поле вообще не нужно знать, что несколько дней назад учинила мне мама в «Медальке».

— В любом случае, ‒ сияет Поля, ‒ я ужасно по тебе соскучилась и теперь безумно рада тебя видеть!

— Ты моя прелесть, ‒ таю я, и наступает сезон обнимашек.

Мы весело проводим время. Я чувствую себя, как никогда посвежевшей, отдохнувшей и свободной, будто оборвались тяжелые цепи, которые всегда придавливали меня к земле. День прекрасный, ласково светит солнце, легко шелестит листва на деревьях в парке и мягко мерцают воды искусственного водоема в парке, куда мы с Полей выбираемся после кафе.

— Ты сейчас с кем-то встречаешься, да? ‒ спрашивает Поля.

Перевожу на нее растерянный взгляд:

— Откуда ты?..

Она улыбается:

— Когда ты с Алексом встречалась, ты была тоже такая сияющая, а сейчас выглядишь так легко, будто взлететь готова.

— Что за ерунда? ‒ отмахиваюсь я. А затем неожиданно говорю. ‒ Один человек признался мне в любви.

— Ого, ‒ Поля округляет глаза, ‒ а ты что?

Задумчиво смотрю, как две утки гонятся за краюшкой хлеба, которую им кинул маленький мальчик.

— Не знаю, ‒ говорю я, ‒ ты знаешь, он реальный псих. Он через столько всего меня пройти заставил. Я его даже ненавидела одно время. А потом все… как-то резко изменилось. Он изменился. Говорит, что любит. Защищает меня. Успокаивает. Но…

— Но?

— Не знаю.

— А что ты сама чувствуешь?

Смотрю вдаль. Что я чувствую? Что при виде его мое сердце бешено колотится. Сначала от ожидания подвоха, потом от злости, потом от кипучей ярости, потом от ненависти, а теперь… Теперь я сама не знаю, от чего колотится мое сердце.

— Попробуй с ним повстречаться, ‒ простодушно предлагает Поля, так и не дождавшись от меня ответа.

— Предлагаешь с ним встречаться? ‒ усмехаюсь я.

— Ну да. Если поймешь, что вообще никак, то просто бросишь его.

Я не хочу грузить Полю подробностями моих сумасшедших качелей с Демьяном, но она единственная, с кем я могу об этом поговорить.

— Меня напрягает его характер, ‒ сознаюсь я. ‒ Он как дикий зверь, все еще на диких инстинктах и эмоциях. Очень порывистый, резкий и будто всегда готовый наброситься.

— Даже дикого зверя, ‒ Поля склоняет голову, ‒ можно приручить.

Смотрю на сестренку круглыми глазами, она смеется:

— Видела бы ты сейчас свое лицо!

— Ах ты, малявка, ‒ ругаюсь я.

— А что такого, ‒ продолжает смеяться она, ‒ попробуй! Если окажется, что ты можешь его приручить, отлично, значит, это судьба. Тем более, что он тебе, кажется, нравится. А если окажется, что его нельзя приручить, то ничего не поделаешь. В любом случае, лучше сожалеть о том, что сделал, чем потом думать, как могло бы сложиться, если бы ты рискнул.

Смотрю на Полю так, будто вижу впервые. А моя сестренка действительно повзрослела.

— Думаю, ты права, ‒ говорю я.

Я проверю Демьяна. Поставлю ему условие. Если он действительно так хочет со мной отношений, если он действительно так любит меня, как говорит, тогда ему придется давить свои инстинкты зверя, чтобы считаться со мной. Потому что я не собираюсь быть рядом с человеком, который взрывается, будто чертова шутиха, от любого случайного толчка или косого взгляда. Я хочу безопасности, и хочу, чтобы человек, которого выбрала я, обладал самоконтролем и умел подавлять свой негатив.