Книга Попаданка в академию, или руки прочь от меня, Дракон!, страница 68 – Энже Граф

Мысли мечутся с лихорадочной скоростью, и среди них самая главная: я просто идиотка, потому что так и не удосужилась за все это время выучить хотя бы одно заклинание самозащиты! Дастан говорил мне о том, как это важно — а я пропустила его слова мимо ушей. И теперь… Теперь я обречена? И больше я никогда не увижу его?

На глаза наворачиваются слезы. Тем временем, карета снова проседает, а затем двигается. Но уже направо. Не в Саморрию. Но справа… Что там справа? Город... Да, там небольшой город, из которого мы заказываем воду… Неужели мы туда? Я чутко прислушиваюсь к тому, что происходит снаружи — поэтому изменения в движении кареты замечаю сразу. Вот только мы катились по дороге — а теперь карета подпрыгивает на неровной сухой земле. Понимание накрывает меня паникой: Атрин не движется по дороге. Он направляет карету южнее. Гораздо южнее. В пустоши. Туда, где жара, палящее солнце и… смерть. Он везет меня на верную гибель.

Закрываю глаза. Не знаю, сколько проходит часов. Саморрия, по ощущениям, уже давным-давно позади. На карете защитный купол, но через окна я вижу, как белее становится снаружи. Мы выезжаем прямо под солнце, и оно поднимается все выше и выше. Даже если каким-то чудом мне удастся сбежать от Атрина, я окажусь в пустошах, в адском пекле. Кажется, мне отсюда уже не выбраться. Вторая жизнь этого тела оборвется, не успев начаться.

Призываю себя успокоиться. Так проходит целая вечность. И вот карета останавливается. Слышу, как спрыгивает с места кучера Атрин. Как идет к двери. Как распахивает ее. Солнце моментально заглядывает внутрь и падает на мое лицо. Негодующе мычу, но замолкаю сразу, услышав его обращенные ко мне слова:

— Мы на месте. Добро пожаловать к салларам.

К… салларам?

Атрин привез меня к салларам? Но… почему?!

Пока я в шоке размышляю над его словами, он легонько вскакивает внутрь, присаживается передо мной на корточки, чтобы наши лица были вровень, и предупреждает:

— Я освобожу твои ноги, чтобы ты могла идти, руки оставлю зачарованными, чтобы не колдовала. Не пытайся сбежать. В этих краях ты не протянешь и часа.

Скрежещу зубами. Вот почему его так насмешила моя попытка напугать его Саморрией! Сам-то он вез меня в местечко куда страшнее!

Легкое дуновение — и вот мои ноги свободны. Я спешно встаю, чтобы не быть с ним так близко — но ноги, к которым кровь не приливала несколько часов, меня подводят, и я падаю, как подкошенная. Атрин, казалось, был готов к подобному исходу, потому что успевает поймать меня до того, как я ударюсь головой о край сиденья. При этом он весьма тесно прижимает меня к себе, и я вновь чувствую себя в этом теле безумно маленькой и слабой. Поскольку мои руки все еще скованы невидимыми веревками, я бессильно пытаюсь отодвинуться от него, но он отчего-то прижимает меня все крепче. Его глаза горят.

— Осторожно, — шепчет он, — если я тебя отпущу, ты упадешь.

Сними он чары, чтобы я могла говорить, я бы многое ему высказала. Но я только и могу, что гневно сверкать глазами и бессильно пыхтеть, пока он крепко удерживает меня за талию.

— Ссарх! Я думал, ты ее ненавидишь после того, как она уничтожила твоего варса — а ты с ней обжимаешься!

Мы с Атрином синхронно оборачиваемся к двери. Я вижу высокого крепкого мужчину, закрытого длинными, черными выцветшими одеждами по самые глаза. Атрин, наконец, отпускает меня и тянет за руку: