Книга Пятый телохранитель. Часть 3, страница 7 – Анна Вэйли

Разница оказалась огромной.

Артем припарковался у входа и заглушил мотор. Я не шевелилась.

— Планируешь жить в машине? — спросил он. — Кондиционер хороший, но обедов не подают.

— Заткнись, пожалуйста, я собираюсь с мыслями.

— Мысли не убегут, а папа ждет.

Я выдохнула, открыла дверь и вышла. Каблуки слишком громко стукнули по асфальту, отчего еще больше захотелось забраться обратно в салон, подальше от этих приветственных «фанфар». Артем обошел машину и встал чуть позади меня, будто специально обозначая свое место телохранителя.

Охранник в холле кивнул ему как знакомому. Они обменялись какими-то словами, я и не вслушивалась, потому что речь тут могла бы идти только про ту ночь после клуба, когда Артем привез меня сюда к отцу, а возвращаться в воспоминания о ней я не хотела. Последнее мое посещение этого здания вообще было на редкость позорным.

Мы вошли в зеркальный лифт с классической музыкой из скрытых динамиков и поехали на двадцатый этаж.

Когда двери наконец разъехались, и я шагнула на синий ковер.

Коридор тянулся в обе стороны. По стенам горел приглушенный свет, а двери из темного дерева поблескивали латунными табличками. Пахло кофе и старыми бумагами. Количество бумаг здесь меня вообще поражало, ведь казалось, что в наше время все должно происходить в цифровом пространстве. Кондиционер держал воздух стерильным и ровно той температуры, при которой люди в костюмах чувствуют себя комфортно. Я же чувствовала себя иначе…

Папа ждал в своем кабинете и, когда мы вошли, поднялся навстречу и коротко обнял меня. От него пахло одеколоном и утренним кофе — наверное, уже десятой чашкой за сегодня.

— Пойдем, покажу тебе все.

«Вернее — тебя всем», — подумала я.

Следующий час превратился в калейдоскоп лиц и рукопожатий. Папа водил меня по этажу и знакомил с сотрудниками. Аналитический отдел, юридический, финансовый… Они быстро начинали сливаться у меня в голове. Люди поднимались из-за столов и жали мне руку, отделываясь вежливыми приветствиями и дежурными фразами, какими всегда можно создать видимость никому не нужного диалога.

Я улыбалась в ответ и пыталась запомнить имена. По мнению отца самым важным для меня был Андрей Валерьевич — лысый аналитик в круглых очках. За ним в пищевой цепочке шла Наталья Дмитриевна, юрист в строгом костюме с обручальным кольцом на безымянном пальце. Следом молодой финансист Игорь с хитрыми глазами, чье отчество я тут же забыла, потому что уже одно его имя вызвало у меня странную аллергию на мужчин.

К третьему кабинету имена начали путаться. К пятому они смешались окончательно. К тому же, все эти люди смотрели на меня отвратительно одинаково, будто убеждаясь: папина дочка пришла поиграть во взрослую, но через неделю ей надоест и она уедет загорать.

Я видела это в их глазах и стискивала зубы.

Потом папа привел меня в кабинет, который выделил для работы. Небольшая комната с окном, выходящим на город. По соседству находилась приемная одного из папиных замов. У стены стоял стол с компьютером, а рядом с монитором уже лежали четыре толстые папки в картонных обложках. Да, очень много бумаг…

— Это информация по лотам, — пояснил отец, положив руку на верхнюю. — Участки, кадастровые данные и обременения. Разберись для начала с ними. Если что непонятно, спрашивай Андрея Валерьевича, он в теме.