Книга Ты будешь моей, страница 16 – Ева Малиновская

Не потому, что я испугалась.

А потому, что Марк Громов, кажется, действительно не собирался останавливаться.

И самое страшное было в том, что я уже ждала завтрашний день.

Утро началось плохо.

Нет, не так.

Утро началось отвратительно, потому что я проспала.

Телефон, который я обычно ставила на беззвучный только на парах, ночью остался именно в таком режиме. И, конечно, когда будильник честно пытался меня разбудить, я мирно спала, завернувшись в одеяло и, видимо, решив окончательно испортить себе жизнь.

— Ника! — голос Аси пробился сквозь сон, как сирена. — Ты время видела?!

Я резко села на кровати.

Свет из окна ударил в глаза. Голова была тяжёлая, будто я не спала, а всю ночь таскала мешки с цементом. Телефон валялся рядом. На экране горело время.

08:17

— Чёрт!

Я буквально слетела с кровати.

— Я тебя будила! — возмущённо сказала Ася, стоя у зеркала с тушью в руке. — Ты что-то пробормотала, перевернулась и накрылась одеялом с головой.

— Почему ты меня не сдёрнула за ногу?

— Потому что я дорожу своей жизнью.

Я металась по комнате, натягивая джинсы, пытаясь одновременно найти резинку для волос, конспект по экономике и хотя бы остатки достоинства.

Телефон снова мигнул в руке, когда я схватила его со стола.

Новое сообщение.

От него.

Я даже не открывала — и так уже знала.

Потому что только один человек в этом мире мог так бесить меня с самого утра.

Доброе утро, Лебедева.

Надеюсь, ты проснулась с мыслями обо мне.

— Господи, — пробормотала я.

— Что? — тут же отреагировала Ася.

— Ничего.

— Это он, да?

— Нет.

— Врёшь.

Я швырнула телефон в сумку.

— Я не буду сейчас об этом.

— Конечно. Поэтому у тебя сейчас лицо человека, который хочет кого-то убить.

— Всё, я ушла.

Мы вылетели из общежития почти бегом. Воздух был прохладный, кампус уже проснулся, и вокруг сновали студенты. Кто-то шёл со стаканами кофе, кто-то с ноутбуками, кто-то просто болтал на ходу.

Я старалась думать только о том, что опаздываю.

Только о паре.

Только о том, что сегодня точно не собираюсь реагировать на наглого хоккеиста с манией величия.

Именно поэтому, конечно же, первое, что я увидела у входа в главный корпус, был Марк Громов.

Он стоял у лестницы так, будто был здесь частью декорации.

Чёрная футболка, тёмные джинсы, спортивная куртка, наброшенная на одно плечо. Руки в карманах. Волосы слегка растрёпаны, как будто он специально потратил пять минут, чтобы выглядеть так, будто вообще не старался.

Рядом с ним что-то рассказывали двое парней из команды, но он их почти не слушал.

Потому что в ту самую секунду заметил меня.

И улыбнулся.

Медленно.

Той самой улыбкой, от которой у меня уже начинало дёргаться веко.

— Нет, — сказала я себе под нос.

— О, да, — счастливо выдохнула Ася. — Он тебя ждал.

— Он никого не ждал.

— Ника…

— Он просто стоит.

— Конечно. Прямо у входа. Прямо в то время, когда у тебя первая пара. Совпадение века.

Я ускорила шаг.

Очень разумно. Очень взросло. Очень по-идиотски, потому что Марк, естественно, оттолкнулся от перил и пошёл прямо ко мне.

— Доброе утро, Лебедева.

Я даже не остановилась.

— Не такое уж доброе.

— Почему?

— Потому что я проспала.

Он шёл рядом слишком легко, как будто это было совершенно нормально — просто вот так взять и встроиться в мой день.