Книга Ты будешь моей, страница 46 – Ева Малиновская

Потому что в нём было слишком много настоящего.

Слишком много того, что он обычно не показывает.

— Эй, — сказала я тише.

Он не ответил.

Я подошла ближе.

Осторожно.

Будто к раненому зверю, который может либо отступить, либо сорваться.

— Марк.

Он наконец повернулся.

И в глазах у него было столько злости, усталости и какого-то дикого внутреннего напряжения, что у меня всё сжалось.

— Не смотри на меня так, — сказал он хрипло.

— Как?

— Будто тебе меня жалко.

Я замерла.

Потому что он попал.

Точно.

— Мне не жалко тебя, — соврала я.

Он коротко усмехнулся.

— Врёшь.

Я закатила глаза почти автоматически.

— Даже сейчас?

— Особенно сейчас.

И почему-то именно это меня добило окончательно.

Я шагнула к нему и, не давая себе времени думать, обняла.

Сама.

Резко.

Неловко.

Сердцем вперёд, как в пропасть.

Просто потому, что в эту секунду это было единственное, что казалось правильным.

На миг он будто окаменел.

Совсем.

Я даже успела подумать:

всё, Ника, поздравляю, ты окончательно сошла с ума.

Но в следующую секунду Марк выдохнул — рвано, тяжело — и его руки сомкнулись у меня на спине.

Крепко.

Очень.

Так, что я сразу почувствовала, как он дрожит.

Совсем чуть-чуть.

Но дрожит.

И вот тогда у меня внутри что-то оборвалось окончательно.

Потому что ни в одном их разговоре, ни в одной перепалке, ни в одном взгляде я не видела его таким.

Настоящим.

Живым.

Без брони.

— Ника... - выдохнул он мне в волосы.

Я только сильнее вцепилась пальцами в его толстовку.

И это было уже не про жалость.

Вообще нет.

Это было про что-то намного опаснее.

Намного.

Я не знаю, сколько мы так простояли.

Секунду.

Минуту.

Вечность.

Время вообще исчезло.

Остался только холодный воздух, мокрый свет фонаря, его руки у меня на спине — слишком крепкие, слишком горячие даже через ткань куртки — и этот странный, тяжёлый стук внутри, от которого дрожали колени.

Я сама его обняла.

Сама.

И теперь уже поздно было делать вид, будто это случайность.

Я чувствовала, как Марк дышит мне в волосы.

Слышала этот рваный выдох.

И от понимания, что он сейчас держит меня так, будто я — единственное, за что он вообще держится этой ночью, у меня внутри всё переворачивалось.

Это было страшно.

И совсем не похоже на нас.

Никаких подколов.

Никакой игры.

Никакой привычной войны.

Только он.

И я.

И слишком много правды в этом молчании.

Я первая поняла, что если не отступлю сейчас, дальше будет уже не остановиться.

Поэтому медленно подняла голову.

Очень медленно.

И сразу пожалела.

Потому что его лицо оказалось слишком близко.

Слишком.

Разбитая губа.

Тень от ресниц.

Тёмный взгляд, от которого у меня просто перестало нормально биться сердце.

Марк смотрел на меня так, будто всё остальное перестало существовать.

Совсем.

Я сглотнула.

И почувствовала, как его руки на моей спине чуть сжались сильнее.

— Марк... - выдохнула я еле слышно.

— Что? — так же тихо.

Боже.

Лучше бы он сказал что-нибудь своё обычное, наглое, раздражающее. Что-нибудь, за что я могла бы уцепиться и снова разозлиться.

Но нет.

Он говорил тихо.

Хрипло.

Почти осторожно.

И именно это было самым опасным.

— Не смотри так, — прошептала я.

— Как?

— Как будто...

Я запнулась.

Потому что не знала, как закончить.

Как будто сейчас поцелуешь?

Как будто уже решил?

Как будто я тебе нужна?