Книга Пина, страница 5 – Арсений Либис

Что ж, сомнений больше не осталось. Многие оборотни не проходят полной метаморфозы, они всегда привязаны к своей исходной форме. Потому, половину суток они выглядят людьми, вторую в своем истинном облике. У Лангрена есть время, можно и правда немного поспать. А потом как следует подготовиться к следующей встрече.

Джунгли. Душные, шевелящиеся, извивающиеся, наполненные тысячей звуков и запахов. Целый мир, переплетенный в клубок. Мир такой живой и такой чужой. Где моя мама? Почему она больше не ходит, не издает звуков? Почему из неё торчит что-то чуждое и твердое, украшенное на конце перьями, такими же, как у неё? Почему она пахнет не так, как раньше? Это не моя мама! Она ушла, бросила меня! Мама, где ты? Мама! Я найду тебя, где бы ты ни была. И тогда будет все хорошо. Будет так же уютно и безопасно, как тогда. Когда я был в яйце. Мама! Я тебя слышу! Ты зовешь меня. Очень плохо слышно, ты очень далеко. Но я найду тебя! Обязательно найду…

* * *

— Учитель, Охотник может выбрать любое оружие?

Учитель Ян оторвался от заточки секиры и поднял глаза на Лангрена. Глаза одного цвета со сталью, которую он затачивал. И такие же острые и безжалостные. Он всегда любил смотреть на Лангрена в упор, пока тот не отводил взгляда.

— Да, — ответил он неприятно звенящим голосом, — какое угодно. Более того, каждый Охотник обязан владеть всеми видами оружия. А его только для ближнего боя больше сотни видов.

— И ты владеешь ими всеми? — спросил Лангрен со смесью страха и восхищения.

— Достаточно владеть базовыми. Всякая школа владения оружием основана на базовом виде. Мечи, кинжалы, топоры, булавы, кнуты, древковые.

— Но почему тогда ты выбрал секиру?

Ян снова смерил Лангрена тяжелым взглядом. Лангрен напряг всю свою силу воли, чтобы только не отвести глаз. Не удалось. Он силен, очень силен.

— Оружие должно быть простым и надежным. И доступным. А меч или кинжал не каждый кузнец выкует.

— Но копья и булавы тоже просты.

— Верно. Но есть ещё кое-что важное. Топор — оружие палача.

— Но мы же Охотники!

— Нет! Мы — палачи. Небо вынесло свой приговор этим тварям, которые идут против Его воли. И мы те, кто приводит его в исполнение. Мы с тобой даже не люди. Мы орудия. Оружие Неба, чья воля священна. Нами взмахивают и срубают сучок на дереве. Или чью-то голову. И наше оружие должно соответствовать нашей сути. Потому нет ничего лучше секиры.

Ян взял наточенный топор и четким движением срубил криво торчащую ветку с небольшого деревца неподалеку.

— Мы палачи. Но благодаря нам мир становится все лучше и совершеннее. Мы срубаем все лишнее. Мы из необструганного бревна делаем что-то полезное. Все понятно?

Лангрен молча кивнул. Вечерело. Ян точными ударами высекал искры из кремня, чтобы разжечь огонь. Лангрен еще долго смотрел на молодое деревце, которое казалось теперь ему искалеченным.

* * *

Снова тепло, темно и пахнет хвоей. Лангрен с большим трудом разлепил веки. Что? Неужели он проспал весь день? Такого никогда не было. Он всегда умел просыпаться тогда, когда ему нужно. Опять чары? Он попробовал приподняться. Нет, словно прирос к земле. Ладно, сейчас хотя бы нужно себя обезопасить. Он снова закрыл глаза и попробовал сосредоточиться. Потом стал нараспев читать молитву. Его голос, дрожащий, слабый отражался от стен пещеры, дробился множеством отголосков.