Книга Дом отравы и крови, страница 33 – Алексис Л. Менард

Этот проклятый кровосос только что меня обчистил. Кошелька не было, моего билета в ложу тоже. А без него наверх было не попасть.

Вот дерьмо-то.

Я опрометью бросилась к проходу, но упыря и след простыл. Ничего, кроме темноты наступившей ночи в конце туннеля и ворот, обозначающих выход.

Я действительно не горела желанием преследовать кровососа в темноте, для которой их способности прямо-таки созданы. Но еще меньше я хотела, чтобы он смылся с моими деньгами и моим билетом, который нужен мне, чтобы пробраться наверх и отвоевать свою свободу. Потому я достала револьвер и провернула барабан, убеждаясь, что он полностью заряжен.

Довольная этим, я положила оружие во внутренний карман плаща, чтобы незаметно держать его наготове, и отправилась по следу веерга через задние ворота.

* * *

Ночь выдалась безлунной. Тучи, ходившие по небу еще с утра, пропускали, как сито, звездный свет, пока мир не укрылся черным одеялом. Фонари на внешних стенах освещали дорогу от задних ворот к зданию позади арены – конюшне.

Вора нигде не было видно. Скорее всего, он с огромной скоростью убежал с места преступления. Однако я была не одна. Некий мужчина вел крюгера через сводчатый проход конюшни – всего в нескольких шагах от крытого перехода. На твари был намордник, а мужчина тянул ее за цепь рукой в толстой перчатке.

Я еще раз осмотрелась по сторонам, напрягая глаза от недостатка света, но кровососа нигде не было. Я осталась без билета и без денег и могла только представить себе, как разозлится Нико, если я скажу ему, что на меня напали и я запорола единственную задачу, возложенную на меня этим вечером.

Из прохода с другой стороны ложи появилась еще одна фигура, свет от арены вырисовывал ее силуэт. Это был не тот, кого я искала, однако в свете фонарей что-то вспыхнуло красным, и мое желание мести тут же сменилось любопытством.

Николаи говорил, что у него встреча с клиентом, но что тогда он делает здесь?

Оранжевый огонек висел рядом с ним, когда он небрежной походкой шел в направлении конюшни тем же путем, что и мужчина с крюгером. Я нырнула в темноту вдоль дорожки, прячась за кустами, когда он обернулся, прежде чем продолжить свой путь к конюшне. Напоследок он огляделся, проверяя, нет ли кого рядом, и последовал за тем мужчиной внутрь, закрыв за собой раздвижные двери.

Поиски жилых помещений в дальнем углу конюшни отняли у меня некоторое время, но я быстро проползла через треснувшее окно, ведущее в маленькую квартиру смотрителя конюшни. Помещения в конце конюшни образовывали некоторое подобие буквы «Т», и я смогла заглянуть за угол, осматривая проход.

Нико искусственной рукой пригвоздил мужчину к стойлу. Позади работника стоял крюгер, обнюхивая его волосы через прутья ограды с голодным рычанием. Перед скачками их, должно быть, не кормят, а после работники конюшни должны приносить им еду, судя по стоявшим у стойл лоткам с сырым мясом.

Голос работника разносился по проходу, но был слишком слабым, чтобы расслышать что-то внятное. Стойла укрывал небольшой навес, рядом стояла приставная лестница, до которой можно было добежать, если мне достанет смелости подобраться поближе. И я действительно ее почувствовала, словно кто-то сказал мне «иди», и ноги сами осторожно понесли меня к лестнице. Нико предупреждал меня, чтобы я не лезла в его дела, и он явно скрывал что-то, чем заинтересовался бы инспектор.